Сейчас без разницы.
Трачу ещё три секунды, чтоб убедиться, что у неё нет перелома позвоночника. По этому поводу есть масса тонкостей.
Всё не так плохо.
Только бы справиться с этим крупным сосудом (мелкие — не в счёт). Главная опасность — растущая кровопотеря.
Обезболиваю, как могу, посылая своё импульс в её нервную систему. И тупо пережимаю пальцем кровящий сосуд.
Его теперь нужно продержать в таком состоянии до приезда «скорой». Что и делаю.
Вот кровь почти остановилась. Ура.
Подымаю голову: люди вокруг никуда не делись, переговариваются о чём-то своём, капитан смотрит в небо и что-то беззвучно шепчет. Спрашиваю его:
— Что по «скорой»?
— Сейчас, две минуты. На соседней улице.
Наконец из-за спин людей выныривает женщина-врач и садится на колени рядом со мной.
Ура. Успели.
Поднимаюсь с колен и, сделав два шага назад, скрываюсь за спинами людей. Уходя, вижу как полицейский капитан кладёт руку на шею водителя автобуса, направляя того к полицейской машине:
— Давай! Поехали.
Мои адаптационные механизмы всё-таки включаются. Скорость мыслительных процессов вырастает и к тому моменту, как я покидаю место дтп, информация в голове полностью укладывается.
Во-первых, местные действительно «живут медленнее» — из-за скорости метаболизма при 1G, в отличие от моего родного 2G. Думают, соответственно, с той же скоростью, как и живут.
Во-вторых, все три части моей личности прекрасно согласуются между собой: моё прошлое в нашем мире. Прошлое этого парня, Саши, в которого меня занесло. И импортированный островом-модулятором при взрыве «пакет» нашей экосистемы.
Прихожу домой, не понимая, что делать дальше: чувствую, что могу не всё оценивать адекватно.
Впрочем, самое главное, жизнь продолжается.
Направляюсь на кухню. Смотрю с полминуты в окно и чувствую голод. В широкую кастрюлю отмеряю стакан муки. Потом — полстакана кефира. В кефир — пол чайной ложки соды, перемешать. Вымешиваю три минуты тесто до появления в нём пор. Раскатываю тесто в один большой тонкий слой. Густо намазываю томатной пастой. Выдавливаю измельченные два зуба чеснока. Щедро посыпаю тёртым сыром, потом впечатываю десяток колец сыровяленой колбасы.
Спохватываюсь и добавляю слой мелко нарезанных помидоров и перца чили.
Духовка уже разогрелась.
Ставлю полученное на пять минут в духовку на двести пятьдесят градусов. К тому времени, как моя пицца издаёт запах готовности, я уже пью томатный сок.
Делать абсолютно нечего. У меня сейчас каникулы. Живу один. Не работаю. Никаких действующих обязательств в этом обществе не имею, кроме как ходить на учёбу. Но, во-первых, туда идти только первого сентября. Во-вторых, судя по количеству важной информации в моей голове, я — который Саша — даже и после первого сентября школу посещением не сильно баловал. Либо беспробудно спал на занятиях.