— А третий этап какой?
— По логике, воспитание работающей кадровой прослойки во всех задействованных службах. Но этот вопрос — не ко мне. Тут я только за себя ответить могу. Я не воспитатель, тем более — остальных.
— Ну, воспитывать будет антипример уволенных… Ты всё правильно делаешь, что все гайки затягиваешь и никому спуску не даёшь… Держись, Олег. На тебя сейчас с разных сторон будут пытаться давить — не для того, чтоб с курса сбить. Для того, чтоб в свою зону комфорта тебя как можно меньше пустить. Давить будут нешуточно.
— Да оно понятно. Держимся. Никто и не думал, что за неделю на сто восемьдесят градусов развернёмся. Понятно — это на годы процесс. И тут просто каждому на своём месте нужно гнуть запланированную линию. Все эти годы. Тогда за пару-тройку лет мы и придём к нужному результату. Как тот лейтенант Онода.
В больнице оба доктора, как обычно, сидят всё в том же кабинете и традиционно пьют чай с бутербродами.
— О, привет. — мне подвигают третью чашку, отказаться неудобно. — Ты прямо за минуту до обеда.
— Извините. Были сложности с утра. По линии Олега. Не мог выехать раньше.
Доктора слегка возбуждаются и наперебой начинают интересоваться подробностями.
— Сергей Владимирович, Игорь Витальевич, да обычная уголовщина. Извините, Олег сказал никому ничего не говорить. Там следствие в полный рост, предложено обо всём забыть, как о страшном сне. Главное — меня больше не потревожат. И тех, кто теоретически мог на нас отрицательно повлиять, больше нет. На службе и на должности. А то и на свободе, без деталей… Я только видел, как их забирали, остальное — мои догадки. Олег сказал — расслабиться и жить, как раньше.
— Ну и хорошо… Хоть что-то позитивное в этом мире. — Широко зевает Стеклов.
— Саша, смотри. Олег Марину кладёт к нам в клинику, до самых родов. Это — пробный камень, «дающий лавину». Самого родильного отделения, как такового, ещё нет. Мы его сейчас лихорадочно запускаем, чтоб успеть до родов Марины. Деньги свободные есть, свободные помещения на четвёртом этаже годятся. Я как знал — сертифицировал сразу всё здание…
— Да зачем ему это? — перебивает Стеклов Котлинского.
— Да я сначала, чтоб не сбиться. В общем, Марина стояла на патронаже и учёте в другом месте. Переводится к нам (по документам у нас уже всё в порядке), с ней вместе хотят перейти некоторые другие такие же, как она. Я нужных специалистов уже обзвонил и предложение сделал. Отказавшихся перейти к нам нет — у нас условия очень хорошие.
— Ну, в городе считается, в НОВОЙ КЛИНИКЕ работать — это повезло. Есть масса плюсов. — Снова влезает Стеклов.