Мы пересекли черту.
Но не знали, что ждёт по другую сторону.
И боялись узнать.
Я проснулась от холода.
Не внешнего — в комнате было душно, воздух тяжёлый от жары, что начиналась с первыми лучами.
Внутреннего.
Пустоты там, где через узы должно было быть присутствие.
Я открыла глаза резко, села.
Комната была залита утренним светом — яркие полосы пробивались сквозь щели в ставнях.
Две подстилки у противоположной стены — пустые.
Одеяла скомканы, но тел нет.
Ни Ориона. Ни Вейлана.
Паника кольнула холодом.
Я вскочила — слишком быстро, голова закружилась.
Боль вспыхнула между ног — острая, пульсирующая, напоминающая о каждом жёстком толчке прошлой ночи.
Я поморщилась, переждала.
Через узы потянулась к Ориону.
Он был близко. В здании. Внизу.
Эмоции ровные, контролируемые — но под ними бурлило напряжение.
Облегчение выдохнула.
Он не ушёл.
Я оделась быстро — чистые штаны, туника, ботинки. Плеснула воды в лицо, провела мокрыми руками по волосам.
Посмотрела на своё отражение в металлическом подносе.
Бледная. Круги под глазами. Губы распухшие, потрескавшиеся.
На шее — тёмные отметины, синяки от зубов.
Я провела пальцами по ним — кожа горела.
Метки.
Он пометил меня как зверь метит территорию.
Натянула воротник выше, скрывая следы.
Вышла из комнаты, спустилась по узкой лестнице.
Внизу, в общей комнате, за низким столом сидели две фигуры.
Орион спиной к лестнице — плечи напряжены, руки на столе сжаты в кулаки.
Вейлан напротив — развалился на подушках, одна рука за головой, другая болтала чем-то похожим на фрукт. Растрепанный, усталый, но довольная усмешка играла на губах.
Говорил что-то, жестикулируя фруктом.
Орион сидел неподвижно, как статуя.
Я спустилась — шаги скрипнули по ступеням.
Оба обернулись.
Вейлан усмехнулся шире — глаза скользнули по мне с ног до головы, задержались на шее, где воротник сполз чуть, обнажая край синяка.
— О! — протянул он с нескрываемым весельем. — Доброе утро, красавица! Как спалось? Или вы не особо спали?
Он откусил от фрукта, прожевал, не переставая ухмыляться.
— Судя по тому, как ты ходишь и как мой братец здесь сидит, словно проглотил кол… ночка выдалась насыщенной.
Орион напрягся мгновенно — каждый мускул под рубашкой отчётливо проступил.
— Вейлан, — голос был низким рычанием. — Заткнись.
— Что? — Вейлан поднял руки невинно, фрукт в одной, улыбка ни капли не поблекла. — Я просто радуюсь, что вы наконец перестали ходить вокруг да около и…
— Я сказал, заткнись, — Орион развернулся к нему полностью, и в золотых глазах плясало предупреждение.
Вейлан рассмеялся — звонко, искренне.