Аппетитно.
Я села на скамью напротив Кайры, начала есть механически.
Вейлан опустился рядом с провидицей, обхватил её за талию, притянул к себе.
Она прислонилась, не переставая есть.
Они выглядели… естественно вместе.
Три дня на корабле, и они уже двигались синхронно, заканчивали фразы друг друга, касались постоянно — небольшие прикосновения, что говорили больше слов.
Что-то сжалось в груди — зависть, острая и неожиданная.
Вейлан заметил моё выражение.
— Не спала? — спросил он мягче обычного.
— Не могу, — призналась я, отодвигая миску. — Слишком много мыслей.
— О миссии? — Кайра наклонила голову. — Или о большом угрюмом боге, что прячется от тебя третий день?
Прямота, как всегда.
Я не ответила сразу. Пальцы сжали край стола.
— О том и другом, — сказала я наконец. — Через несколько дней мы будем штурмовать самое охраняемое место в галактике. Проникать в имперский дворец, где тысяча солдат и десятки боевых магов. Искать Лиану. А я даже не знаю…
Голос сорвался.
— Не знаю, жива ли она ещё. Семь лет в имперских застенках. Что, если мы опоздали? Что, если я тащу всех вас на самоубийственную миссию ради призрака?
Вейлан вздохнул, потёр переносицу.
— Она жива, — сказал он уверенно. — Она им нужна. Живая.
— Но он идиот, — добавил он, меняя тему, — Мой лучший друг, брат по оружию, но в вопросах сердца — полный идиот.
— У него нет сердца, — буркнула я. — Только долг, честь и куча комплексов.
— О, сердце есть, — Вейлан усмехнулся. — Просто он закопал его так глубоко, что сам забыл, где.
Он взял фрукт со стола, откусил.
— Дай ему время. Орион… он не умеет с эмоциями. До заточения он был оружием. Инструментом войны. Чувства — слабость, которую нельзя себе позволить.
Он посмотрел на меня серьёзно.
— А ты заставляешь его чувствовать. Много. Слишком много. Это пугает его больше, чем любой враг.
— Тогда пусть скажет это, — я сжала край стола сильнее. — Пусть посмотрит в глаза и скажет, что это была ошибка. Что ничего не значило. Что он жалеет.
Голос сорвался на последних словах.
— Но он не говорит. Просто прячется. И это… это хуже.
Кайра положила ложку, спрыгнула со стола.
Подошла, села рядом со мной.
— Хочешь, я скажу, что вижу? — спросила она тихо. — В вас обоих?
Я посмотрела на неё.
— Ты можешь видеть эмоции?
— Не эмоции. Нити, — она провела рукой в воздухе, словно касаясь чего-то невидимого. — Связи между людьми. Судьбы, что переплетаются. У вас с ним…
Она замолчала, глядя на меня внимательно.
— Вы связаны так крепко, что нити почти срослись. Золотые, яркие, пульсирующие. Это не просто магия уз. Это что-то древнее. Глубже.