— Наконец-то.
Голос был ровным, без страха, без паники.
Орион рванулся вперёд — три шага, молниеносных, кинжал поднят, готов обрушиться.
Остановился в метре от Хага — клинок у его горла, не касаясь, но так близко, что малейшее движение означало бы смерть.
— Одно слово, — голос был низким рычанием, нечеловеческим. — Одно неправильное слово — и я снесу тебе голову так быстро, что не успеешь моргнуть.
Аура вспыхнула ярче — золотой свет залил подвал, давил на всех присутствующих.
Женщина-служанка прижалась к стене крепче, закрыла рот ладонью.
А Хаг…
Хаг даже не моргнул.
Посмотрел на клинок у горла — спокойно, почти с любопытством.
Затем перевёл взгляд на Ориона — прямо в золотые глаза, что обещали смерть.
— Ты древний бог, — произнёс он ровно, констатируя факт. — Один из тех, что Терион заточил. Освобождён недавно. Связан узами с последней из рода звёздного палача.
Не вопрос. Утверждение.
Орион замер — на долю секунды, удивление мелькнуло в глазах.
— Откуда ты…
— Знаю? — Хаг усмехнулся. — Потому что я не идиот. Потому что двадцать лет изучаю систему, что хочу разрушить. Потому что знаю легенды. И потому что аура, что ты излучаешь сейчас… её невозможно спутать ни с чем.
Он сделал паузу, взгляд стал жёстче:
— Так что давай сразу. Убьёшь меня — пожалуйста. Но сначала выслушай. Потому что если убьёшь не выслушав, потеряешь союзника. Ценного. Нужного.
Орион не опустил кинжал. Но и не двинулся дальше.
Смотрел — изучал лицо Хага, ища ложь, страх, хоть что-то.
Не нашёл.
Только спокойствие. Решимость. Готовность умереть, если нужно, но не страх.
— Говори, — голос был ледяным. — Быстро.
А я…
Я не слышала их разговора.
Всё внимание было на Вайлет.
Она стояла у ящика — маленькая фигурка, прижимала куклу к груди, смотрела на меня широко распахнутыми глазами.
Испуганными. Но живыми.
Я метнулась к ней — через подвал, три шага, что показались вечностью.
Упала на колени перед ней, схватила за плечи — проверяя, реальная ли, живая ли, не ранена ли.
— Вайлет! — голос вырвался хрипло, дрожаще. — Малышка… ты… с тобой всё хорошо?
Руки скользили по её плечам, по рукам, по лицу — проверяя каждый сантиметр, ища раны, ушибы, следы насилия.
Ничего.
Чистая. Целая. Волосы причёсаны. Платье новое — простое, но чистое. Лицо спокойное, не заплаканное.
— Эйра? — прошептала она тихо, и в голосе прозвучало… удивление? — Ты пришла…
— Конечно, пришла! — я притянула её к себе резко, обняла так крепко, что она вскрикнула тихо. — Обещала же. Обещала не оставлять.
Прижала к груди, зарылась лицом в её волосы — вдыхала запах, чувствуя, как она дрожит в моих руках, маленькое тёплое тело, живое, настоящее.