– Соня! Девочка моя! – хрипит отец, подползая. – Что случилось?
– Ты ударил ее! – рявкает Дан, вне себя от распирающей ярости.
Папа цепенеет на миг.
А я поднимаю обмякшую руку и кладу ее на живот.
Мне больно. Мне дико больно.
Из глаз продолжают сыпаться искры.
От этой боли я ничего не соображаю, и, кажется, сейчас отключусь…
Но Асадов легонько шлепает меня по щекам.
– Тихо, тихо, тихо, – нашептывает. Опускает глаза, и я вижу, как его зрачки в ужасе расширяются.
Отец смотрит на мои ноги точно таким же, наполненным страхом, взглядом.
Что там…? – отрешенно проносится в мыслях. – Что они там увидели…?
Усилием воли я наклоняю голову и вижу, как по ногам течет кровь тонкими струйками.
Задыхаюсь.
– Нет… – шепчу побелевшими от страха губами. – Нет… Пожалуйста…
Асадов первый из нас троих берет себя в руки. Подхватывает меня, и бегом несет к автомобилю.
Мое тело, словно тряпичное, болтается у него на руках, пружиня от каждого шага.
Вижу, как сзади нас догоняет отец прямо в халате.
– Соня… Девочка моя… – бормочет совершенно растерянно.
А еще через минуту мы уже едем в больницу. Дан давит на педаль газа с такой нечеловеческой силой, что даже находясь почти что в отлючке, я чувствую страх.
– Соня, Сонечка, – причитает отец, оборачиваясь с переднего сиденья и беря меня за руку. Обнаруживаю, что нахожусь сзади них, полулежа на сидении авто.
Рукой скольжу по внутренней стороне бедра. Поднимаю руку и, будто зачарованная, растираю кровь на кончиках пальцев.
– Если с ним что-то случится… – шепчу, – я вас никогда не прощу… Я вас обоих никогда не прощу…
Отец смотрит на меня с ужасом.
– Гони! – рявкает Дану.
Тот и так гонит. Сосредоточенно вглядывается в дорогу. Обходит машины на поворотах.
Из уголков моих глаз текут слезы. Капают на кожаное сиденье.
Боль все не стихает.
И я уже теряю надежду. Будто чувствую, что ничего теперь не исправить и никто уже не поможет.
– Сонька, все хорошо будет, – причитает отец. – Я ведь не хотел. – смотрит то на меня, то на Дана. – Я же не хотел, – продолжает растерянно бормотать.
Софи.
– Папаша кто? – спрашивает доктор, глядя в бумаги.
– Я!
– Я! – дружным хором заявляют Асадов с отцом.
Доктор отрывается от документов. Удивленно к ним поворачивается. Окидывает скептическим взглядом.
– Ребенка, а не девушки… – уточняет.
– Я, – заявляет Данис с полной уверенностью.
– Значит, так, – вторит ему врач тем же тоном. – Угрозу выкидыша мы предотвратили. Вы привезли ее вовремя, молодцы. Но девушке сейчас нужен полный покой. Оставляем ее пока у себя, понаблюдаем. Если, все будет хорошо, выпишем через неделю.