Он коротко рассказал о том, что ждёт меня в академии, как только я вернусь в образе его дальнего родственника. Описал внешность своего текущего адъютанта, чтобы я не перепутала.
Коридоры в столь ранний час были пустыми, мы не встретили даже слуг. Но я всё равно натянула капюшон почти до самого носа и шла, низко опустив голову. Позволила лишь распущенным прядям выглядывать из-под тяжёлой ткани. Образ Элеоноры следовало отыграть до конца.
Пройдя многочисленными коридорами и спустившись на несколько пролётов, мы, наконец, остановились у неприметной двери. Эшворт приложил ладонь к камню, и магический замок щёлкнул и открылся.
За дверью оказался небольшой, квадратный зал без окон с порталом в самом центре. Конрад протянул мне свёрток.
— Одежда и амулет внутри. Наденешь там.
Я взяла. Свёрток был тяжелее, чем казался.
— Возвращайся через два часа, — сказал он. — Я отправлю своего адъютанта, он тебя встретит и проводит.
Портал выбросил меня в незнакомой рощице. Утро было серым и холодным. Под ногами влажно поблёскивала мокрая трава. Я оказалась одна среди леса. Огляделась, пытаясь понять, где нахожусь, но быстро оставила бессмысленное занятие. Я видела только деревья и их пушистые макушки, упиравшиеся в серое небо.
Мелькнула мысль о побеге, но её я отбросила почти сразу. Куда я пойду?..
Отца обвиняли в государственной измене и краже какого-то важного артефакта. Вероятно, стражники поджидали его или меня в доме каждого родственника, друга или просто знакомого.
Нет. Бежать сейчас — будет глупо. Опасно. Одна, без документов, без денег, с приказом об аресте я не продержусь и суток. И уж точно не смогу найти отца. А вот попасться — очень легко. Академия при всём своём неудобстве была единственным местом, где меня не искали. Где я была — пока — в безопасности.
Должность личного адъютанта ректора военной академии становилась тем привлекательнее, чем больше я об этом думала.
Поэтому я выдохнула и открыла свёрток. Переоделась в мужские штаны, рубашку, тёмную куртку. Почти моего размера. Волосы я скрутила в тугой жгут и убрала под платок, прижав как можно плотнее. Потом достала небольшой амулет на кожаном шнурке и надела на шею.
Изменение внешности прошло быстро и неприятно. Я почувствовала жар на коже, будто кто-то провёл по телу горячими ладонями. В свёртке нашлось и зеркальце.
Из отражения на меня смотрел незнакомый юноша — и всё же не совсем незнакомый. Амулет не творил чудес. Он накладывал иллюзию поверх того, что было: менял черты лица, но не переписывал их заново. Рыжина волос никуда не делась, просто стала темнее, почти каштановой. Форма скул осталась моей. Как и глаза.