— Разговор не окончен, Мирон!
— Для меня он и не начинался, мам!
* * * * * * *
Мирон нажал кнопку домофона, и голос Насти раздался почти сразу, будто она дежурила у дверей. Когда Мирон вышел из лифта, двери квартиры были уже открыты.
Настя была в тёплой пижаме и смешных тапочках с кошачьими мордочками. Волосы небрежно собраны в пучок, на лице ни грамма косметики. Такая родная, любимая и домашняя. А в глазах, помимо надежды, недоверие и страх.
Ему, Мирону, придётся снова завоёвывать доверие любимой и прогонять страх. Но он справится.
А ещё… Безусловно, он мог остановиться пока в отеле, но для Мирона это стало делом принципа.
— Насть, я тут с сумкой… Можно я у вас несколько дней поживу? А потом мы вместе переедем в наш с тобой дом.
— Проходи, — Настя отступила вглубь прихожей, Мирон вошёл следом, закрыл двери и поставил рюкзак на пол.
— Вот почему папка так резко сорвался, будто с низкого старта! Дела у него срочные образовались! Вы опять сговорились? — уперев руки в боки, Настя покачала головой.
— Я вовсе не просил Артура уходить! Мне бы такое и в голову не пришло, — Мирон снял кроссовки, аккуратно поставил их на обувную полку и пошёл умываться. — Я попросил у хозяина дома разрешения пожить у вас несколько дней, и он дал согласие. Но нужно было ещё спросить у тебя, а то вдруг бы ты меня с лестницы спустила с ускорением?
— Знаешь, Чижевский, по-хорошему надо бы спустить, потому что ты, как выяснилось, знатный интриган.
— Это у меня, видимо, в крови, семейное, — усмехнулся Мирон и начал вытирать лицо полотенцем.
Вышел и тут же обнял Настю. Она не обняла его в ответ, но и вырываться не стала.
— Прости меня, — прошептал Мирон, прижавшись щекой к волосам девушки. — Я вёл себя, как последняя истеричка, весь издёргался. Чувствовал только свою боль и начисто забыл о твоей. Прийти в себя очень помог своеобразный холодный душ, состоящий из ряда «открытий чу́дных». Я из компании ушёл, Насть. Уволился.
— А что случилось? — удивившись, Настя будто отмерла, сама прильнула к мужу, погладила его по щеке.
— Долгая история, и я не хочу сейчас портить наш вечер обсуждением подробностей. Потом как-нибудь расскажу, — Мирон поймал ладонь Насти и прижал к губам. — Только вот четверть активов компании всё равно принадлежит мне.
— Ужинать будешь?
— Если честно, голоден, как волк. Во всех смыслах, — Мирон потеснее прижался к жене, чтобы она ощутила и почувствовала «все смыслы».
— У нас ночь впереди, господин Чижевский, — улыбнувшись, Настя упёрлась ладонями в плечи мужа. — А сейчас пойдём делать салат. Мой проницательный отец и продуктов закупил, будто знал всё наперёд.