То есть ГИК прекрасно осознавал последствия атаки на наш модуль и базу и несет за них ответственность.
От внезапного и подчеркнуто эффектного появления ГИКа в общей сети и в системе голосовой связи все люди напряглись. Даже Элетра резко очнулась.
— Кто это? — спросила она, переводя взгляд с Ратти на Амену.
— Это… корабль, — объяснил Ратти, с опаской глядя в потолок. — Наверное, не стоит называть его ботом.
«Точно не стоит», — подтвердил ГИК.
Сидящая на мостике Арада свела брови.
— Мы можем создать видеосвязь с медотсеком? — спросила она Оверс.
«Лучше я сделаю это сам», — вмешался ГИК.
И тут же посреди медотсека появился голографический экран с Арадой и Оверс на мостике. Разведчик № 1 показал, что аналогичный экран с изображением медотсека развернулся в рубке. На обоих экранах имелась боковая панель, показывающая Тиаго в вестибюле — он сидел в кресле и крутил в руках аппарат Целей. Выглядел он встревоженным.
Ну ладно. Значит, так:
1. Я никогда не мог получить доступ к камерам на борту ГИКа, кроме как через дронов, которые передавали данные (температуру, плотность, углы перемещений), не переводимые в визуальное изображение, по крайней мере не для людей. Я-то решил, что у него просто маловато камер. А теперь получил доказательство, что он кое-что от меня утаил. В очередной раз!
2. Видеоэффекты были сглажены, а качество куда лучше, чем с дронов, и это взбесило меня еще больше. А ведь это всего-навсего видеоконференция для людей, пытающихся разобраться, в какую задницу они попали, а не профессиональная запись для новостей. ГИК поправил дисторсию и цвета только ради показухи. Осталось лишь добавить фоновую музыку и логотип экспедиции.
Уровень моей производительности достиг шестидесяти процентов, и я снова начал разговаривать.
— Иди в задницу, ГИК, — сказал я.
Амена склонилась над столом, встревоженно глядя на меня.
— Автостраж, как ты себя чувствуешь?
— Нормально.
Часть хирургического аппарата отъехала, и теперь я видел Амену собственными глазами, а не с помощью дронов.
— Проблема только в том, что я пленник Гнусного Исследовательского Корабля.
Ратти похромал к столу и остановился за пределами стерильной зоны.
— Тебе что-нибудь нужно?
— Я видела, что произошло, — сказала Амена. — В смысле я же видела все твоими глазами, когда… — Она умолкла и нервно сглотнула. — Это был кошмар.
Вот это верное слово. Хирургический аппарат полностью убрался, и я сел. Кожа спины чесалась и явно была новой. Как же я это ненавижу!
— Мне нужна моя куртка, — сказал я.
«Она была повреждена и отправлена в переработку», — отозвался ГИК.