– Это вообще тут ни при чем! – огрызается Инна.
– Ещё как при чем.
– Можно подумать, ты такая вся правильная. Не успела с одним расстаться, как уже страдала в постели с другим, – переводит взгляд на Артёма.
Я открываю рот, чтобы ей ответить.
– Олег Альбертович, – опережает Амосов, – думаю, бессмысленно дальше говорить. Все и так понятно. Этому сотруднику, – кивает на Инну, – не место в отделении, я вам уже давно об этом говорил. Смешивать работу и личное, устраивать склоки, сплетничать – это не про мое отделение.
– Я буду жаловаться, я так просто не уйду, — цедит Инна. И по ней сразу видно, мало того, что спокойно не уйдет, так ещё и каждого тут подставит.
Папа вздыхает, а мне хочется ее придушить. Сука. И нас с Артёмом приплела даже. Хотя это не её дело.
У папы звонит телефон, он отвлекается.
– Довольна? – наклоняется ко мне и шипит Инна.
– Тебе не кажется, что ты сама виновата? – громко шепчу ей.
– Жень, – Артём берет меня за ладонь, сжимает и останавливает. Инстинктивно закрываю рот и не отвечаю ей. Сдерживаюсь. Толку сейчас выяснять? Каждый останется при своём.
Смотрю на Артёма. Его рука такая теплая, большая, надежная. И я понимаю одну важную вещь. Почему он. Почему на нем заклинило. Дело в том, как я себя рядом с ним чувствую. Как будто глупостей не наделаю и эмоции распылять на других не буду. Он притормозит и заступится.
Я аккуратно высвобождаю руку. Лишний контакт только заставляет думать, что что-то можно вернуть.
– Я понял, – выслушав, отвечает папа и кладет трубку. – Так, Женя, с тобой решим потом, ничего не делай без меня. Инна, лучше написать заявление по соглашению сторон, иначе будет не очень хорошая характеристика в университет.
– Нет, ну Олег Альбертович….
– Все, Инна, Артём Александрович, идём со мной, – папа озадаченно поднимается и выходит из-за стола. Все поднимаются за ним.
– Что случилось?
Я не спешу, тоже интересно.
– Пациентка умерла, пенсионерка. У нас следственный комитет. Она лечилась до этого у нас.
Вот черт. Что теперь? Артём виноват? Или Инна накосячила?
Громкую музыку из своей квартиры слышу ещё на лестничной клетке. По мотивам что-то напоминает “Короля и Шута”. Сколько, интересно, это мракобесие творится в моем доме?
Не задерживаясь открываю дверь и погружаюсь в темноту. Музыка на всю катушку из комнаты Влада, света нет. Спать в такой обстановке сложно.
– Влад!
Разуваюсь, на ходу включаю свет в коридоре.
Реакции от него ноль.
Мысли самые разнообразные. От очень нехороших до очень неприличных. Кто знает, что он там делает и с кем. И его личное пространство я уважаю, но всё же.… Он тут не один живет.