Какая-то замкнутая петля. Что ни делай, всё равно либо в проигрыше останешься, либо тобой воспользуются.
Наутро я даже не понимаю, спала я или нет. То ли мысли были, то ли сны. Все как в иллюзиях.
– Мурзик, кити-кити, – зову котенка на кухню есть. Но он спит и не реагирует. – Мурзик. – Спит дальше. – Сомик, кити-кити, – дергает ухом и открывает глаза.
Мурзиком мы быть не хотим. Просто сговор какой-то.
Ладно, Сомик так Сомик.
Поднимается и уверенно перебирает лапками и идет за мной. Мордочкой утыкается в тарелку с молоком и с удовольствием лакает.
Я опускаюсь рядом на пол, упираюсь спиной в дверцу шкафчика.
Взглядом скольжу по подоконнику, на котором вчера разговаривали с Артёмом.
Он изменил жене. С такой же легкостью и ещё раз сможет это сделать. И в голове у него только работа и карьера, отношений ему не надо, ребёнок у него есть. Найдет кого-нибудь, кто купит ему оборудование и будет за это до конца жизни спать с ним. Такие себе перспективы. А ещё… Что ещё там плохого в нем? Да вообще….
Против воли наоборот, в голову лезут воспоминания, как вместе были, как от Вадима защитил, как цветы присылал. Хотя нет, цветы были, чтобы меня в постель затащить, это к минусам надо отнести.
Сомик трется о руку и хочет залезть на живот.
– Поел, Сомик?
Черт. Везде этот Амосов. Даже кот о нем напоминает, а переименовать не могу
Боже, как забыть человека быстро? Во что я вообще влюбилась?
– Красивый? – беру котенка на руки и смотрю ему в глаза. – Так их полно, красивых. Умный и талантливый? Так их тоже не мало. Сексом занимается классно, и это тоже не эксклюзив в мире.
Кладу кота на колени, чтобы видеть мордочку.
– Ну да, тут совпало все, соединилось, как в одном флаконе. Ну всё же хорошо. Что вот ему надо было, а? Я все понимаю и в ЗАГС его никто не звал. И я понимаю, что значит работать врачом, но не просто же свободные отношения. Сегодня со мной, завтра с медсестрой, послезавтра опять про меня вспомнит.
Сомик закрывает глаза и засыпает.
К одиннадцати еду к папе в больницу. В автомате беру себе кофе, поднимаюсь к нему в приемную.
– Здравствуйте, Олег Альбертович у себя?
– Да, проходите, Евгения Олеговна, – она снимает трубку и кого-то набирает.
– Олег Альбертович просил вас подняться, – слышу за спиной.
Ещё кто-то будет?
– Привет, па….
В кабинете с папой сидит Инна. Бросает на меня злобный взгляд, сжимает губы.
– Садись, Жень.
Я прохожу к папе, целую его в щеку.
– Что она тут делает? – киваю на Инну и сажусь с другой стороны длинного стола для переговоров. – Я думала мы с тобой вдвоем будем.
– Нет, – папа складывает руки на столе. – Хочу каждого из вас выслушать и сделать вывод, кто виноват, кто нет.