Глаза слипаются, но дочь неумолима.
— Па-па! — выдает она вдруг.
Я открываю глаза. Смотрю на неё.
— Ты что сказала?
— Па-па! — повторяет она и улыбается беззубым ртом.
У меня внутри всё переворачивается. Она сказала «папа». Я, конечно, показывал на себя и говорил, что я папа, но даже не ожидал, что Маша так быстро это подхватит.
— Маруська — Я сажусь, прижимаю её к себе. — Ты моё счастье. Знаешь это?
Она не знает, но понимает и просто радуется, что меня разбудила.
Но я запомню этот момент навсегда.
А ещё тест ДНК был готов вчера, и, конечно, там было указано, что она моя.
Никому не отдам. Ни её, ни Катю.
Главное, чтоб Катя согласилась принять меня обратно.
И с Алиной надо разобраться раз и навсегда, чтобы больше к нам не лезла!
К десяти утра я уже полностью на ногах. Наша няня, Наталья Петровна, приходит ровно в назначенное время. Ей чуть за шестьдесят, она бывшая медсестра, женщина с добрыми глазами и уверенными движениями.
— Ты моя, бусинка, — воркует она с Машей, а потом улыбается мне. — Оставляйте, Игорь Владимирович, не волнуйтесь. Справимся мы без вас.
— Там всё в сумке есть: смесь, подгузники, запасная одежда. Она сейчас завтракала, так что к обеду покормите. Если что, звоните.
— Разберёмся, да, бусинка? — улыбается она, беря Машу на руки.
Маруська смотрит на неё, слушает внимательно и не плачет. Уже как-то сразу подружились. И Маша будто понимает, что это няня, а я — семья, и поэтому её надо слушаться, а из меня можно верёвки вить и поднимать ни свет, ни заря.
Я выхожу из дома и первым делом еду в «двойку». Мне нужно поговорить с Воронцовым. Он обещал найти выходы на людей в Москве, которые нароют компромата на Алину.
Но я сомневаюсь, что у Алины в биографии есть что-то грандиозное, впрочем посмотрим.
Николай в своём кабинете, пьёт кофе и смотрит в монитор, на краю стола кипа карт. Вид у него помятый, он, видимо, опять в больнице ночевал.
Воронцов, как и я — несемейный, поэтому часто отпускает своих сотрудников к семьям и берёт оборону на себя.
— Коля, ну что там? Есть прогресс?
— Есть, — кивает он на стул. — Садись. Ты как?
Я сажусь, тру лицо ладонями.
— Вживаюсь в роль папаши.
Воронцов присвистывает.
— Ну на это может вся жизнь уйти. Я, кстати, готов.
— Вот и прекрасно. Рад за тебя.
— Да вопросы решу, тогда порадуешься, пока рано. Ну что там с Алиной?
Воронцов прежде чем ответить, делает глоток кофе из кружки и поигрывает многозначительно бровями.
— У Алины твоей есть любовник. Не один, кстати — с каким-то весельем добавляет. — Вообще, конечно, любвеобильная она особа Кхм В общем, это Владимир Сергеевич, замминистра. Он её и пристроил на эту должность. Она с ним уже года три, если не больше. Он женат, дети взрослые, но на стороне любит погулять.