— То есть искусственно ограничив портальное сообщение между галактиками, обезопасив Землю от последствий, вы создали здесь человеческое поле экспериментов и придумали новые ордена крестоносцев, тиранидов и псайкеров? — посмотрел Максим на Анну не скрывая удивления.
Анна не ответила, но судя по ее слегка растерянному взгляду, Максим угадал все совершенно верно.
— И когда они у себя раскинут на троих и решат кто главный, то прилетят к нам, чтобы научить правильно жить, — покивал Максим, почесав затылок, а потом снова посмотрел на Анну: — Что вы за эксперимент проводили здесь?
— Демографический. На Арагоне мужчин вчетверо меньше, чем женщин.
— Могло быть и хуже. Хорошо хоть, с установлением власти проблем не предвидится, но в остальном… я в восхищении, — покачал головой Максим.
— Мы забираем власть в системе? — поинтересовалась молчащая до этого момента Сандра.
— Да, — ответила Анна.
— У нас получится?
— Корпус Марса и химеры Рамиро на нашей стороне. С такими аргументами кланы будут делать все, что мы им скажем. Единственный важный вопрос, где сейчас Рамиро, успел ли он вернуться?
— Нет, — поправил я Анну. — Единственный важный вопрос, это где сейчас я.
После недоуменных взглядов пришлось объяснить о двойственности сознания, и исчезновении моего второго «я» три года назад, после того как «Сабина» оказалась здесь, у инкубатора.
Некоторое время потребовалось на восстановление хронологии событий, после чего пришли к выводу, что приведший сюда «Сабину» Я-Данте забрал тело мастера Китано и отправился в метрополию. Еще около часа потребовалось, чтобы дон Диего — используя данные департамента статистики, сделал вывод что «мастер Китано» ушел на Землю в своем истинном теле без квант-перехода и сюда более не возвращался. После получения этого знания я вздохнул с облегчением, которое заметили многие из присутствующих за столом.
— В чем дело? — спросила меня Анна.
— Демоническая кровь раз за разом пытается подчинить мой разум. Не прямо, а исподволь и незаметно — шаг за шагом делая инструменты из других людей, постепенно превращая в инструмент демонической сущности уже самого меня. Я вовремя это понял и каждый раз, когда приближаюсь к опасной границе, нахожу в себе силы отступить от края бездны. Рамиро не зря назвал меня Деймосом — он действительно хотел сделать из меня бога ужаса.
— Ты узнал зачем? — спросила Сандра.
— На уровне догадок. Он рассчитывал, что потеряв над собой контроль и соответственно потеряв человечность, я захвачу абсолютную власть на Арагоне.
— Но зачем ему это?
— Ему нужен был достойный противник.