— Ты мне доверяешь? — вдруг спросил Деймос, глядя в глаза.
«Нет», — машинально покачала Лола головой отрицательно. Деймос смотрел на нее внимательно, чуть наклонив голову и едва-едва вздернув брови.
— Да, — против воли прошептали ее губы.
Услышав саму себя, Лола закрыла глаза и горько разрыдалась — со всей глубиной осознания понимая, что теперь в ее судьбе от нее самой больше не зависит. Деймос вдруг притянул ее к себе, зашептав на ухо.
— У меня нет кванта души и если я погибну, это станет большой проблемой.
Лола не сразу даже поняла смысл им сказанного — вновь ошарашенная, ведь эта информация была признаком его максимального доверия.
«Зачем тогда была эта комедия?» — едва не сорвался с языка вопрос, но Лола уже знала ответ.
Представление было разыграно для других. Лола чуть отстранилась и глянув в холодные демонические глаза вдруг в глубине взгляда увидела живые эмоции. Снова обняв Деймоса, она прижалась к нему всем телом — слезы полились снова, но в них уже не было горечи.
От нее больше ничего не зависело, но Лолу это больше не волновало. Она все еще широко качалась на эмоциональных качелях на откате после воскрешения, и сейчас уже хотела в порыве искренности признаться Деймосу в любви, о чем потом бы пожалела, но ее прервал пронзительный звук вызова на общее собрание.
Деймос
Стоя перед строем из шестнадцати менторов в зале для брифингов, Анна казалась воплощением холодной безличной силы. Ее взгляд, тяжелый и как будто всевидящий, скользнул по каждому, задержавшись на мне на лишнее мгновение. Никаких эмоций Анна не показала, но мне вдруг стало понятно, что она специально инициировала испытание, когда Лола была в моей комнате.
Ей просто хотелось посмотреть, как я ее убью.
— Выживание.
Усиленный голос Анны прозвучал словно отовсюду, обволакивая и подавляя. Едва эхо стихло, как она продолжила — голосом, от которого невольно шли мурашки по коже.
— Испытание военных игр первого уровня, тип «выживание» — это не жестокость, а демонстрация фундаментальных истин на примере ваших действий. Вы должны уже понимать, что выживание — это базовый инстинкт, который часто подминает под себя рациональность, принципы, текущую необходимость. В ситуациях, когда ресурсы и время ограничены, вам как патрициям необходимо научиться следовать не рефлексам, но разуму. Уметь смотреть на происходящее шире, избегать туннельного эффекта сосредоточенности на животном желании прежде всего спасти свою жизнь.
Демонстрацию разных подходов, включающую добровольную ампутацию собственного разума, мы с вами видели на примерах первого испытания «Прятки», которое команды Кальдерона и Сааведра прошли блестяще, а команды Вега и Аларкона устроили глупую и позорную бойню, словно превратившись в стаю испуганных хорьков. Запомните, настоящий патриций не должен превращаться в испуганное дикое животное! Настоящий патриций должен уметь использовать свои способности, отличающее его от зверя — ум и волю, должен уметь адаптироваться к окружающей среде. И для того, чтобы тренировать эти способности, недавно вы опускались на дно океана в полной темноте. Вашей задачей было не просто совладать со страхом в небольшой железной жестянке, но оживить и подчинить ее, заставить служить вашей воле. Второй уровень испытаний военных игр, тип «Адаптация» — это способность ориентироваться в неизвестной среде, декодировать ее правила и превращать враждебное пространство в инструмент для достижения цели.