Услышав об этом, Хеннинг широко улыбается, и от его глаз разбегаются морщинки, которые заставляют его лицо сиять.
— Я уже хочу познакомиться с ними.
— Я… ничего не могу обещать. Поймите меня правильно, я даже не знаю, кто вы, — честно отвечаю я, допивая кофе и изо всех сил сопротивляясь обаянию незнакомца. — Спасибо за завтрак, это было очень вкусно.
— Я не буду торопить тебя, но, пожалуйста, дай мне шанс, — очень спокойно просит он. — Хочешь еще кофе, пока они упаковывают еду?
— Мне пора уже… Ну ладно, еще одну чашечку, только маленькую, — соглашаюсь я, когда понимаю, что он действительно очень хочет этого.
Пока Хеннинг подзывает официантку, заказывая нам еще кофе, я смотрю в окно, за которым вовсю льет. Обычно я быстро принимаю решения, но сейчас просто не знаю, как быть. Вторая встреча — это уже серьезно. Что, если он никакой не отец, а просто опасный сумасшедший или мошенник какой-нибудь? Тогда его надо как можно быстрее сливать, вот прямо сейчас.
Но что, если он правда мой отец?
Осень навевает на меня депрессию. В последние месяцы в жизни была только работа и бесконечная круговерть домашних дел. Вечером приготовить еды, проверить домашку. В выходные — снова дети и подработки, чтобы наскрести на оплату приходящей няни.
На днях пришлось идти в магазин в двенадцать ночи просто потому, что не было другого времени. Последний бойфренд исчез на горизонте почти год назад, с подругами не удавалось встретиться чаще, чем раз в месяц — просто они жили на разных концах Москвы и тоже были погружены в круговерть дом-работа-быт-дети.
Возможно, раз в неделю болтать с сумасшедшим за кофе — не такое плохое развлечение? И не такое уж опасное?
— Ты бледновата. Хорошо себя чувствуешь? — спрашивает он, и я киваю.
— Мне надо все это переварить.
— Я понимаю. Я ведь увижу тебя еще?
Дожидаясь, пока дождь немного ослабнет, я растягиваю вторую чашку кофе и изучаю Хеннинга из-под ресниц. Это странно, но он действительно вызывает родное и очень теплое чувство, которое в первые минуты я приняла за сексуальное влечение. Отец он мне или нет — с ним уютно.
— Ладно. Я встречусь с вами еще раз, но я все еще не верю, — предупреждаю я. — На следующей неделе?
— Или раньше. Созвонимся, хорошо? — быстро говорит он.
Я молча киваю. Официантка приносит пакеты с едой, и Хеннинг оплачивает счет, подвинув пакеты ко мне:
— Тебе на обед.
На выходе из кафе он раскрывает над моей головой зонт и доводит до входа в метро, а затем смотрит в глаза, словно не решаясь сказать чего-то, но потом встряхивает головой и говорит: