— Красивая девушка, — желая хоть как-то разрядить обстановку, сказал Степанов, кивнув на фото. — Наверное, невеста шофера?
— Невеста, — односложно ответил энкавэдист, не поворачивая головы. — Маринкой звали. В августе они с ефрейтором Барыкиным свадьбу планировали, меня свидетелем приглашали.
— А почему… звали? — В последний момент Леха понял, каков будет ответ, и пожалел, что затеял этот разговор. Мог бы и раньше догадаться, идиот! Разрядил, блин, обстановку…
— Погибли они, вместе со Степой погибли. Еще утром двадцать второго. Она у нас в банно-прачечном служила, а он, соответственно, в автороте. Когда бомба в женское общежитие попала, он сразу туда побежал. Думал, может, поможет кому, из-под завала вытащит. Только кому уж там помогать, по камушку все разметало. Но не добежал — прямое попадание, одна воронка осталась. Вот и поженились…
Дальше ехали молча.
И длилась спокойная поездка по военным меркам просто немыслимо долго, аж целых сорок минут. А затем в стенку кабины заколотил кулаком летун. Останавливаться особист не стал, лишь немного сбросил и без того невеликую скорость, высовываясь в окошко водительской двери. Леха, мгновенно сложив в башке два и два, тоже торопливо высунулся наружу, оглядываясь. Позади, пока еще довольно далеко, как минимум в паре километров, горизонт заволокло густым пыльным шлейфом. Поднять такой могла только весьма нехилая колонна военной техники, преимущественно гусеничной, поскольку автомашины пылят все же поменьше. Ну, все, покатались. Вот и фрицы пожаловали, давно не виделись. Блин, да когда же этот бесконечный день наконец закончится-то⁈
Переглянувшись с десантником, Батищев зло дернул щекой, с хрустом перекидывая передачу и прибавляя скорость. Грузовичок обиженно рыкнул мотором, но, к счастью, не заглох, ускоряясь.
— Как думаешь, разведка, скоро нас нагонят?
«Ого, вон оно как, разведка, значит? — мысленно хмыкнул тот. — Прогресс в наших отношениях определенно налицо. Что не может не радовать». Ответил он, разумеется, совсем другое:
— Откуда ж мне знать, тарщ лейтенант? Судя по пылюке, бронетехника прет, значит, в скорости у нас всяко преимущество. Если не заглохнем, конечно. Да и оторвались мы километра на два. Так что ежели и дальше будем ехать, как ехали, может, и не догонят. Главное, на разведку ихнюю не нарваться, любят они вперед мотоциклистов высылать, приходилось сталкиваться. Помните, я рассказывал? Товарищ комбат говорил, до наших километров двадцать, верно?
Помолчав несколько секунд, контрразведчик нехотя буркнул:
— Было двадцать, сержант. Когда я за тобой уезжал, бригада сворачивалась и начинала выдвижение, куда — понятия не имею, мне не докладывали. Может, к границе, а может, и вовсе наоборот. Так что не знаю. На месте сориентируемся.