Все это мне знакомо и одновременно чуждо.
Я делаю все ради себя.
Почему прошлый Эштон позволил Эребу бесчинствовать, почему добровольно отдал всего себя, и оказался в итоге поглощенным темным властелином?
Ни тиран, также предававшийся разрушению всего сущего вокруг себя, ни прошлые хозяева тел, в которых прежде паразитировал бог, в конечном итоге не доходили до того, чтобы оставить на его произвол самих себя.
В отличии от Эйджа, они продолжали сопротивляться, продолжали жаждать, желать, цепляться за жизнь. Но ему…
Ему было нечего больше терять. Он полностью сдался.
Проигрываешь не тогда, когда терпишь неудачи и падаешь, а тогда, когда перестаешь бороться, когда отказываешься подняться – этому нас учили чуть ли не на первом занятии по боевой подготовке.
Тренер Пим измывался словно был исчадием бездны во плоти, сгонял с нас семь потов, многие не выдержали и отчислились или перевелись на другие специальности, но те, кто остался, продолжали, неся поражения, вставать, снова и снова набивая шишки, следовать указаниям тренера, бороться, против других и против собственной слабости, становясь в итоге сильнее.
Мне претят эти игры с бессмертными. Претят властолюбцы и повелители. Храм, почитающий давно отвернувшуюся и покинувшую их богиню. Чужие ожидания.
Я просто дрейфующий в море корабль, не способный бросить нигде якорь. Дерево без корней. Бабочка без дома.
Далия, у которой я бы хотела просить прощения, Эйдж, перед которым виновата не меньше, два дорогих человека, которых хотелось бы спасти…их здесь нет.
Они живы только в моей памяти. И эта память о них, печальная, с проблесками счастья, делает меня такой, какая я есть сейчас.
Просто приняв и осознав это все, страх становится не важен. Я не боюсь смерти, не боюсь жизни, мне не страшен отказ, не страшно разочарование, не страшна любовь и расставание.
Людские сердца сложны. У каждого есть темная сторона. У каждого есть светлая сторона.
Единственный способ победить тьму в собственном сердце – научится ее выносить.
Дорожите ей. Смакуйте ее. Встречайте ее с распростертыми объятиями. А затем действуйте, невзирая на нее.
За окном слышится шум от многочисленной армии. До нас доносится вибрация от марша солдат и топота лошадиных копыт.
— Вивиан Велфорд! – доносится сочащийся триумфом увеличенный многократно с помощью артефакта голос принца.
Я выглядываю в окно.
Вон он.
А с ним рядом девушка. Принцесса, не сложно догадаться. Совершенно не связанная и ничем не скованная – не то, как следовало бы обращаться с похищенной против воли.
Две фигуры за воротами поместья на пустой подъездной дороге. Аргонский корпус поодаль, на ближайшем холме. Солдаты с опущенными мечами, держат над головами горящие факелы. Словно говорят, мы не собираемся вам вредить, но лучше бы вам подчиниться и отказаться от сопротивления. С таким перевесом в силе вряд ли случится диалог на равных.