Дальше лекарь пустился в разглагольствования на тему врачевания и лечебного дела, поэтому я смело приняла задумчивый вид и начала активно обрабатывать полученную информацию, игнорируя нарастающую боль в горле и висках.
Если кольцо-реликвия принца – это влияющий на все материальное артефакт, то, полагаю, способы его применения многочисленны. Вспомнить хотя бы то, как одним жестом Йозеф отправил меня в полет, а после заставил задыхаться, даже не прикоснувшись.
Но…растворился в воздухе? Как это возможно? Сойер и остальные солдаты вряд ли будут видеть одну и ту же галлюцинацию.
Однако, в этом злополучном заброшенном храме, исходя из слов наследник Аргоны, находился второй фрагмент копья богини.
Время, материя и пространство…
Если время – это кинжал, а материя – кольцо, то третье, дающее власть над пространством, все же оказалось в руках – точнее теперь уже в руке – Йозефа после того, как строение начало обрушаться. Другой причины почему он и его люди и исчезли без следа нет.
Перемещение в пространстве…вот что дарует сила третьего фрагмента. Раствориться в воздухе в одном месте и оказаться в другом, преодолевая за раз десятки или сотни километров. Верится с трудом, но я уже и не знаю, во что верить.
В окрестностях храма на горе Трезубец частенько пропадали бесследно люди. Могла ли сила третьей реликвии воздействовать на них подобным образом, закидывая в различные части света?
Почему храм начал рушиться? – возникает в голове вопрос, на которой я не могу найти логичного ответа.
Он стоял долгие годы, медленно сдаваясь времени, и приходя в обветшание постепенно. С чего вдруг такое совпадение?
Кровь…пролилась кровь.
Место, где совершались жертвоприношения было окроплено кровью Йозефа, перед глазами мелькает воспоминание отрубленной конечности наследника, и моей кровью тоже. Какая-то неведомая сила дала реакцию и запертый в камне храма древний фрагмент божественного оружия, коим повергла в заточение Алетея хозяина тьмы, явил себя.
Тяжелая голова, которую мне никак не поднять с подушки, взрывается вспышками боли. Хмурюсь, на лбу проступил холодный пот.
— …Ну и ну, не заставляй себя, поспи, — озабоченно прекращает бессмысленный поток болтовни брат Селесты. — Все равно сейчас вряд ли ему поможешь…
Последняя фраза словно звучит издалека. Поможешь? Что это должно значить?
Увы, узнать мне не суждено, веки слепляются, и меня поглощает лечебный сон без грез.
Спустя два пробуждения и два приема горького снадобья – я окончательно потеряла ориентацию во времени, без понятия сколько прошло дней или часов – мне наконец достает сил встать с постели.