— Мы проверим ваши компетенции, — слабо вякает министерский чиновник, уже не так уверенно.
Бизнесмен оживляется, глаза загораются азартом.
— Прекрасная идея! — соглашается он. — Предлагаю их проверить вместе прямо сейчас, в присутствии всех.
Ван Мин Тao направляется к большой белой доске в центре зала. В руках — папка с бумажными листами.
Достаёт первый лист и вешает его на доску четырьмя круглыми магнитами по углам.
— Не знаю, хорошо ли вы видите со своих мест, — громко обращается он ко всем присутствующим, — цифры специально делал большими. Это ежедневный план-факт прибыли завода за последние четырнадцать дней. Три основных столбика — расход, доход и финансовая разница. Те дни, когда итоговая разница оказалась в минусе, отмечены красным маркером. Как вы можете видеть, за период это произошло только один раз. Все остальные — стабильный плюс.
Несколько членов комиссии прищуриваются, вглядываясь в цифры. Двое встают, подходят ближе к доске.
— Товарищ Ван, — вдруг подаёт голос член заседания с правого стола. — Меня, как парламентария, специализирующегося на борьбе с коррупцией в государственных органах, очень смущает один момент. Как вы управляетесь со всеми производственными процессами без личного присутствия на объекте? Я не являюсь специалистом в строительной или цементной области. Я только борюсь с ворами государственного бюджета, выявляю схемы хищений. Но ваше странное решение отказаться от законной зарплаты вызывает у меня очень серьёзные вопросы и обоснованные подозрения, — заканчивает он жёстко.
— К огромному сожалению, прокуратура города-героя Пекина не заверяет личные заявления простых граждан, — отвечает бизнесмен. — Такой функции у них просто нет в регламенте. Однако, Ван Мин Тao, несмотря на возраст, — продолжает от третьего лица, — старый и предусмотрительный человек. Человек, который, в отличие от подавляющего большинства здесь присутствующих, начинал свою карьеру обычным рабочим у мартеновской печи. С самых низов производства. И этот человек написал официальное заявление-уведомление. Есть такой юридический формат в электронном правительстве Китайской Народной Республики.
— О каком конкретно заявлении сейчас идёт речь? — перебивает борец с коррупцией, его пальцы нетерпеливо стучат по столу.
— В день, когда я полностью погасил из личных средств все накопившиеся задолженности предприятия, включая оплату годовой лицензии за использование дорогостоящего программного обеспечения для управления оборудованием, я направил официальное письменное уведомление об этом факте в прокуратуру Пекина. Хотел, чтобы они знали и зафиксировали документально: деньги были взяты не из государственного бюджета, как обычно происходит, а из моего собственного кармана.