— Так получилось, что сейчас изучаю первые признаки приступов. В некоторых случаях люди жалуются на тревожность ещё до начала. У Светланы было что-то подобное?
Ответ Юрия прозвучал твёрдо и без колебаний.
— Нет. Она даже не кашляла. И никаких депрессивных состояний у неё не было.
— Было ли у неё ощущение, будто внутренности скручивает в узел, словно кровь внезапно уходит из тела?
— Никогда.
Он ответил без тени сомнений, твёрдо, почти резко. Но уже в следующую секунду его лицо смягчилось, словно на него легла тень.
— Хотя… кто знает. Возможно, она просто не показывала этого мне. Светлана всегда старалась казаться сильной.
И тут-то и понял очевидное — по-настоящему такие вещи может описать только сам пациент. Ни муж, ни врач, ни самый близкий человек не заглянет внутрь чужого тела.
«Значит, нужно поговорить с больным напрямую».
С этой мыслью двинулся по залу, медленно лавируя между гостями, прислушиваясь к голосам, смеху, звону бокалов. Фонд Дэвида существовал уже не первый год — среди его друзей наверняка должны были быть люди с болезнью Каслмана.
Но реальность оказалась куда хаотичнее.
— Мы познакомились ещё в меде!
— А мы вместе катались на горных велосипедах с седьмого класса.
— Я однажды потерял кошелёк в кафе, а Дэвид помог мне — с тех пор и дружим.
…Связи у Дэвида были поистине безумные.
«Да вы издеваетесь…»
Казалось, здесь собрались не только друзья, но и дальние родственники, соседи детства, знакомые знакомых. Весь зал гудел, словно улей. И как будто этого было мало.
— Шон! Я ваш поклонник!
— Для меня честь увидеть национальное достояние Америки вживую! Можно фото?
Каждый, кто меня узнавал, чего-то хотел. Улыбка, снимок, жест, слово. Это выматывало сильнее любого перелёта.
— А давайте сделаем фото, где Шон в центре, а мы вокруг, как на футбольном поле!
— Точно! Отличная идея!
И вот уже оказался в плотном кольце людей, словно квотербек среди команды, окружённый чужими плечами и вспышками камер, когда вдруг.
— Шон?
Меня буквально вытащил из этого водоворота знакомый голос. Рейчел. Подружка невесты, в лёгком небесно-голубом платье, от которого невозможно было отвести взгляд. Она говорила тихо, но вокруг сразу воцарилась пауза — все обернулись.
— Можно тебя на минутку…?
Она увела меня в сторону и наклонилась ближе, понизив голос.
— Я всё хотела поздороваться, но ты выглядел таким занятым… Обычно ты прячешься где-нибудь в тихом углу и появляешься только к началу церемонии. А сегодня ты весь в гуще событий.
Она была права. Обычно так не делал. Но сегодня причина была одна-единственная.