Всего их было четыре. Для Дэвида, для Джесси, для Сергея Платонова и для Рейчел — идеальный, тщательно продуманный комплект.
— Идеально! Как только вернемся, сразу все это надеваем и делаем общее фото! Тут же распечатаем, повесим на холодильник и еще открытки из них сделаем!
По ее сияющему лицу было ясно — на этом фантазия не остановится. Она не просто собиралась заставить Сергея надеть футболку. В ее планах были фотографии компрометирующего уровня и их широкое распространение. Услышав этот грандиозный замысел, Дэвид осторожно, словно ступая по тонкому льду, высказал сомнение.
— Ты правда думаешь, что Шон… наденет это?
Эти футболки были полной противоположностью стилю Сергея Платонова.
— Честно говоря, Шон в футболке… я вообще не могу себе это представить…
И сомнение было вполне разумным. Сергей всегда носил дорогие костюмы и безупречно выглаженные рубашки, не допуская ни складки, ни малейшей небрежности. Даже в ту единственную ночь, когда все четверо пили до рассвета в отеле, он так и остался в костюме. А утром вышел к завтраку уже в новом, идеально сидящем, спокойно попивал чай, будто ночь вообще не существовала.
— Интересно, а пижамы у него тоже в виде костюмов? Бывают вообще костюмы для сна?
Дэвид ловил себя на том, что задается этим вопросом совершенно серьезно. И вот теперь — заставить человека, будто рожденного в костюме, надеть футболку с надписью:
«Cancun Hangover Champion.»
Это походило не на шутку, а на эксперимент по культурному столкновению. Но Джесси это нисколько не волновало.
— Ничего страшного! Мы же покупали их не для того, чтобы он носил их всерьез. Мы купили их, чтобы посмеяться вместе.
— …
— Я просто представляю, как он хмурится, глядя на это, а не смеется…
— …
— Да потому что он просто не привык к таким вещам! Вот поэтому наша задача — показать ему, что в обычной жизни тоже есть радость и веселье!
В глазах Джесси вспыхнула странная, почти воинственная решимость.
— Это можем сделать только мы. Потому что… теперь мы семья Шона.
Это стало для Джесси чем-то вроде личной миссии. Подарить Сергею Платонову то, чего у него никогда не было — «семейное счастье».
— А семья — это как раз такие дурацкие общие фото в одинаковых футболках. Печать снимков, открытки по почте… У Шона ведь никогда этого не было, правда?
На мгновение ее взгляд потускнел, в нем мелькнула тень грусти.
— Он потерял обоих родителей еще в старших классах…
Каждый раз, когда разговор заходил о семье, Сергей заметно напрягался и старался уйти от темы. Его лицо в такие моменты напоминало маску, за которой скрывалась глубоко запрятанная боль. Те самые «дорогие люди», которых он потерял, без сомнения были его семьей. И всякий раз, когда это всплывало, Сергей — обычно сдержанный и невозмутимый — выглядел так печально, что никто до сих пор не решился расспросить его подробнее.