Ответ не просто передал информацию — он отзывался внутри, мягко и больно, будто прикосновение к свежему шраму. Некоторые в полголоса даже заметили, что эта машина превосходит человеческое воображение. И надо сказать, были правы. У некоторых с воображением так плохо, что даже этот прототип мог показаться Пушкиным на их фоне.
Когда зал ещё не успел отойти от впечатления, Старк снова поднял голос, и он прозвучал ярко, почти победно:
— Вот она — бесконечная мощь языковых моделей! Они не просто копируют речь человека. Они чувствуют контекст, улавливают настроение и способны воспроизвести сам процесс мышления. Это — революция!
Короче, ездить по ушам он умел, а значит и продавать идею. Он на миг опустил взгляд, и в его интонации появилась тень сожаления, словно мягкий ветер прошёлся по сухим осенним листьям:
— Долгое время развитие искусственного интеллекта было замкнуто внутри старого каркаса усиленного обучения. Оно отвечало жёстко, шаблонно, ограниченно — как организм, запертый в лабораторной колбе. Но теперь всё иначе.
Он стиснул кулак, и свет от прожектора заиграл на его очках.
— Мы идём туда, где усиленное обучение никогда не сможет ступить. Мы движемся к грани, за которой ИИ действительно начинает мыслить как человек.
Все прекрасно понимали, почему он так резко противопоставлял два подхода. Ведь компания Gooble годами вкладывала силы именно в системы на основе усиленного обучения. А теперь, этим выступлением, Старк будто произнёс приговор прошлой эпохе и объявил новую.
Момент с «объяснением для холодильника» разлетелся молнией — шуршание новостных лент, вспышки камер, звон уведомлений на телефонах. Тема вышла далеко за пределы технического мира и деловых кругов — она проникла в дома, кафе, университетские аудитории, где пахло кофе и свежей бумагой.
«Теперь Gooble придётся поторопиться», — думал довольно, ощущая, как в груди разгорается тихое ожидание.
Если так пойдёт и дальше, усиленное обучение начнут считать устаревшим, отжившим. А значит, Gooble нужно было срочно доказать обратное. Им требовалось событие — громкое, как удар колокола среди ночи. И вскоре моё предчувствие оправдалось. Через несколько дней Gooble выпустила новость, которая прокатилась по миру, как порыв холодного ветра по открытому полю:
«Gooble объявляет о поединке AlphaGo… ожидание матча века!»
Тем временем в верхних эшелонах Gooble царило напряжение — плотное, тяжёлое, как воздух перед грозой. В коридорах пахло свежесваренным кофе и озоном от работающих серверов, а по стеклянным перегородкам скользили отражения встревоженных лиц. Причиной смятения стало одно событие: Старк внезапно выпустил в открытый доступ ту самую модель, что блистала в «демонстрации с холодильником».