Небо почернело от налетевшего отовсюду воронья. Тишину заполнило зловещее карканье. Вся это масса стала пикировать на нас.
Я энергетической волной отмахивался от тех, что справа Фил с Томашем от тех, что слева. В середке за нашими спинами пряталась Венди.
Несмотря на скорость ковра вороны не отставали. Силы же махать магией направо и налево имели свойство заканчиваться. Тогда мы с Томашем стали сплетать щит. Держать его оказалось менее энергозатратно, но спустя три часа и на него сил не осталось.
— Когда эти твари отстанут! Почему этот урод умеет управлять вороньем, а я соколами нет! — в сердцах возмущался я.
— Скорее всего можешь, — возразила Венди. — Просто не умеешь.
Я напружинился еще больше, припомнив обидное прозвище Варда: «соколёнок». Волей-неволей приходилось признать горькую правду, я по своим навыкам и возможностям действительно был для ворона неоперившимся птенцом.
— Эрик, я больше не могу держать проклятый щит, — прохрипел Томаш.
На лбу у Томаша блестела испарина. Он крупно дрожал всем телом, глаза сделались мутными. Да и сам я выглядел, наверное, не лучше.
Вспомнилось, как в детстве дед купил мне лазерную указку. Диковинная штука по тем временам. Я вышел с ней на улицу похвастаться мальчишкам. Мы потом пол дня играли с котами, а остальное время распугивали ворон.
Я решил попробовать создать световое шоу, в надежде, что это поможет спугнуть воронов.
— Сейчас тебе придётся держать щит одному, — предупредил я Томаша.
— Эрик, у меня не хватит сил, — простонал он.
— Томаш, несколько секунд, потерпи, ты сможешь. Я кое-что попробую, но мне нужна вся моя сила.
Я отпустил щит и быстро сотворил несколько световых лучей, направляя их во все стороны сразу и сопровождая световое шоу резкими звуками. Вороны реально струсили, стали отставать, и, наконец-то, развернулись и умчались прочь.
Томаш качнулся и потерял сознание, очнулся он через полчаса. Все молчали. Сидели в прострации дрожа от холода, пока край горизонта не разукрасился багрянцем.
Ковер приземлился аккурат на берегу океана. Мы упали на теплый песок и сразу же все забылись сном.
Извилистая тропа превращалась в змею. Змея встала на моём пути, угрожающе распустив капюшон и высунув раздвоенный язык.
— Ты подвел меня, глупый мальчишка! — прошипела она голосом Амадей. — Ты за это заплатишь.
— Да иди ты! — устало буркнул я. — Дай поспать.
— Вот как ты заговорил! — не унималась склочная баба. — Без моего дара ты не скоро вернешься домой, а пока ты будешь скитаться по чужбине, придет мое царствие на твою землю! Сладких снов, соколёнок!