— Когда нам заплатят? — не удержавшись, спросил я. Два доллара, оставшиеся в кармане, не давали мне покоя.
— После мероприятия, — ответил он. — Наличными, естественно. Еще вопросы?
Я только покачал головой. И так все понятно, в общем-то, да и раньше мне приходилось общественные мероприятия охранять, спортивные матчи и все такое, но исключительно в счет зарплаты. Но не такого масштаба. Тут такое ощущение, будто какая-нибудь олимпиада проходит.
Я пошел к своему сектору и понял, что невольно залюбовался. Вечернее солнце Лос-Анджелеса заливало Брокстон-авеню золотистым светом, все вокруг выглядело нереально красиво. Фасад у кинотеатра был переделан под пещеру Бэтмена с бутафорскими сталактитами и подсветкой, а в небо били прожекторы, которые проецировали логотип летучей мыши на низкие вечерние облака.
Я стоял у ограждения и смотрел на все это, и в голове крутилась странная мысль. Для меня ведь Бэтмен — это, в первую очередь, «Темный рыцарь» из тех, что я смотрел. А в это время мне были ближе боевики со Шварценеггером и Сталлоне, комиксы вообще никогда не интересовали.
А тут, оказывается, это событие, блин.
Не знаю, сколько времени прошло — часы я так и не купил, хотя был же в магазине электроники — но стали подъезжать лимузины. Первыми прибыли люди, которых я не узнал. Наверное, какие-то продюсеры, телеведущие и все такое. Они выходили из машин, шли по красной дорожке внутрь. Фотографы щелкали затворами без остановки, у меня даже чуть голова заболела.
Потом толпа закричала громче, и я увидел, как из только что подъехавшего черного лимузина вышел невысокий мужчина с густыми кудрявыми волосами. Рядом с ним была девушка, я ее не знал. А вот его знал. Это был режиссер, Тим Бертон.
Он выглядел немного растерянным, будто не ожидал такого внимания, но улыбался и махал рукой.
За ним приехал кто-то еще. Толпа взревела еще громче, кто-то кричал «Бэтмен!», и мужчина поднял руку в приветственном жесте. Я понял, что это исполнитель главной роли. Обычный мужик с виду, среднего роста, ничего особенного. Но для десятков тысяч человек вокруг он был настоящим супергероем.
Потом из белого лимузина вышла женщина. Я не знал, кто это такая, но даже мне пришлось признать, что она выглядела сногсшибательно. Короткое черное платье, светлые волосы, очень длинные ноги.
Вспышки камер стали все чаще, а крики натурально стали оглушительными. Подозреваю, что ее стилисты подобрали это откровенное платье специально для того, чтобы подогреть интерес к фильму.
Я стоял на позиции, следил за ограждением, но глаза сами косились на красную дорожку. И тут подъехал еще один лимузин, подлиннее предыдущих, и из него вышел Джек Николсон. Его я, естественно, узнал — кто ж не смотрел «Сияние»?