— Сноха, невестка — какая разница? — отмахивается Зарема. — Главное, что своя.
Мама смеется и соглашается.
В одну из суббот мы собираемся всей семьей в горы. К бабушке Зухре, на могилу. Прошел уже год, как ее не стало.
Ахмед ведет машину, я рядом с Заремой на руках, Аниса и Руслан сзади. Дорога знакомая, красивая, но сегодня в ней больше грусти, чем радости.
— Папа, а бабушка Зухра видит нас? — спрашивает Аниса.
— Видит, — отвечает Ахмед. — С неба видит.
— А ей там хорошо?
— Хорошо. Там всем хорошо.
— А она нас ждет?
— Ждет. Но не торопит.
Аниса задумывается, потом выдает:
— Я вырасту, выйду замуж, рожу детей. И бабушка Зухра будет смотреть.
— Будет, — соглашается Ахмед. — Обязательно.
Мы поднимаемся на кладбище. Могила бабушки Зухры ухожена, Ахмед приезжает сюда каждый месяц. Мы ставим цветы, читаем молитву. Аниса и Руслан стоят тихо, даже Зарема не капризничает.
— Бабушка, — говорит Аниса. — Это мы. Мы пришли. Ты не скучай. Мы еще приедем.
Руслан просто машет рукой.
— Пока, баба, — говорит он.
Я смотрю на них и чувствую, как сердце переполняется. Мои дети. Моя семья. Мое счастье.
— Пойдем, — Ахмед берет меня за руку. — Покажу тебе одно место.
Мы оставляем детей с Заремой (она приехала с нами) и идем по тропинке вверх. Ахмед ведет меня уверенно, хотя тропы почти не видно.
— Куда мы? — спрашиваю я.
— Увидишь.
Через полчаса мы выходим на площадку. Ту самую, где мы были с бабушкой Зухрой в прошлый раз. Отсюда видно всю долину, реку, дальние горы.
— Здесь она любила сидеть, — говорит Ахмед. — Говорила, что здесь молитвы лучше слышно.
— Красиво.
— Очень. — Он поворачивается ко мне. — Сумая, я хочу тебе кое-что сказать.
— Что?
— Ты знаешь, я не умею говорить красиво. Но я попробую.
Я молчу, слушаю.
— Когда ты ушла тогда, три года назад, я думал, что умру. Не от болезни, не от голода — от пустоты. Ты забрала с собой все — свет, тепло, смысл. Я жил как автомат. Работал, ел, спал. Но внутри — ничего.
— Ахмед…
— Подожди. — Он берет мои руки. — А потом ты вернулась. И мир снова стал цветным. Аниса, Руслан, Зарема… Вы — моя жизнь. Вы — мое сердце. Я без вас не дышу.
— Я знаю, — шепчу я.
— Я хочу, чтобы ты знала: я благодарен тебе. За каждый день. За каждую минуту. За то, что ты есть.
— Я тоже благодарна, — отвечаю я. — За то, что ты есть. За то, что мы вместе.
Мы стоим обнявшись на краю мира. Ветер треплет мои волосы, солнце греет лицо. Где-то внизу наши дети, наша семья.
— Сумая, — говорит Ахмед. — Я хочу тебя попросить.
— О чем?
— Давай еще одного.
Я смотрю на него удивленно.
— Троих мало?
— Мало, — улыбается он. — Я хочу, чтобы наш дом был полон детей. Чтобы смех не умолкал.