— Со мной всё в порядке, — отмахнулся Нестеров.
— Тебя опоили и, возможно, изнасиловали, — усмехнулась я. — Тебе бы поберечься.
Нестеров покачал головой и одарил меня осуждающим взглядом.
— Что? Не смотри на меня так. Ты всё равно ничего не помнишь, а тебе дали «наркотик изнасилования».
— Зачем ты пошла к Даниловскому? — он зло сдёрнул со стула и стал натягивать рубашку.
— А куда мне было идти? В участок? И на что пожаловаться? Вы знаете, у нас дома поселилась тварь, которая может быть опасна, но точнее я вам не скажу, потому что муж выгнал меня из дома, — нарочито глупо проблеяла я.
— Не ёрничай. Я звал тебя обратно. Но ты не вернулась.
— Конечно, чтобы ты не мешал мне встречаться с Даниловским, — хмыкнула я.
— И всё же ты не придумала ничего лучше, чем пойти к нему, — дёрнул он полы рубашки, но они не сошлись — Нестеров застегнул её неправильно. — Чёрт! — посмотрел на оставшуюся лишней пуговицу.
— Скажи спасибо, что я вообще что-то придумала, — подошла я и, заставив мужа поднять подбородок, стала перестёгивать рубашку. — А он лучший. И не простой исполнитель, а человек, который имеет реальные возможности и власть. Кто, если не он? Или ты хочешь, чтобы твоя Марина и дальше гуляла на свободе?
— Она такая же моя, как и твоя, — посмотрел на меня с высоты роста Нестеров.
— И Даниловский такой же мой, как и твой. Тебе не кажется, что эта ревность уже просто неуместна, Жень? Сначала Остроумов. Теперь Даниловский. Ты ищешь повод? И всё равно, кто это будет?
— Ничего я не ищу, Оля, — выдохнул он. — Я устал. Я не знаю, что мне делать. Я не знаю, за что хвататься.
— Займись компанией. А с этой тварью я разберусь сама. Эта тварь обидела моего ребёнка и подняла руку на чужого. Это точно не сойдёт ей с рук, — одёрнула я ткань. — Там, кстати, Артём хотел тебе что-то сказать. Что-то важное.
— Да, я с ним поговорю. Позовёшь?
— Как только с ним закончит Даниловский. Хотя сейчас лучше отправить детей домой. Они тоже устали, вымотались.
— А ты? — посмотрел он на меня тревожно. — Домой?
Из гостиницы я выехала, продлевать не стала, и все мои вещи лежали сейчас в машине — по сути, ехать мне было больше и некуда, но…
— Тебя я отвезу, — ответила я. Прижала руки к животу в районе желудка.
— Всё нормально? — нахмурился Нестеров.
— Тошнит, — ответила я. — Кофе на голодный желудок — всё же было не лучшее решение.
— Съешь что-нибудь, — посоветовал он.
— Да, пойду дойду до кафетерия. И, если Артём не уехал, отправлю к тебе, — сказала я в дверях.
Что я стремглав бросилась в туалет и меня вырвало, Нестерову знать было необязательно.