Обставили все крайне торжественно. Опять сценарий Изабелла разрабатывала. Пусть все узнают, что империя Юм приросла пусть пока еще не полностью подвластным ей королевством, но уже присоединенным на основании, как это называлось в моем мире, личной унии.
А с Элениэль, кстати, у меня разговор о том, что произошло в Эльфаре, все-таки состоялся. Съездила красавица в башню, где мы личей оставили, увидела, что моего нет, и окончательно все поняла. Вечером, как раз ее очередь была, пришла ко мне.
— Ричард, я все-таки решила сказать тебе, что все знаю о том, как погиб мой отец, — сказала мне. — Но делаю это только для того, чтобы ты больше не был вынужден от меня это скрывать. Признаю, что ты поступил правильно, а я дала слабину, позволив ему сбежать. За это прошу меня простить. И, пожалуйста, больше не жалей меня, если тебе опять придется принять какое-нибудь решение, которое, как ты посчитаешь, может меня огорчить. Кто убил отца?
— Это сделала Мелисса, — не стал я держать Элениэль в неведении. Хочешь полной откровенности, получи. — Я ей это поручил, пообещав награду. Она выполнила. Так что даже не вздумай как-то ей за это мстить. Тем более что в ближайшем будущем ее здесь и не будет. Я приказал Лоре, которая ее сопровождала, сразу после того, как задание будет исполнено, доставить Мелиссу в Саэкс. Будет там изображать герцогиню и представлять наши интересы.
— Он был редкостной тварью, — склонила голову Элениэль. — Теперь я это знаю. Но мне все равно тяжело.
Погорячился. Через два дня в мои рабочие покои вошли Лора и Гильмар.
— Как вы так быстро управились? — удивился я. — Не ждал вас раньше, чем через две декады.
— Мелисса отказалась выполнять ваше распоряжение, ваше императорское величество, и ехать в Саэкс, — ответила Лора. — Хотела непременно вернуться в Юм. Мы были вынуждены надеть на нее ридитовый ошейник. Она не сопротивлялась.
— И где она сейчас? — поинтересовался я, вставая.
— В башне с оставшимся личем, — вступил в разговор Гильмар. — Ждет вас.
Интерлюдия
Мелисса
Мелисса лежала обнаженная на широкой постели в спальне. Ни вставать, ни прикрыться хотя бы простыней не хотелось. Чуть приподнявшись, она оглядела свое тело, огладила себя по бокам. Хороша! Определенно хороша, подумала девушка. Пусть именно такой ее и запомнит Ричард, который только что вышел из комнаты. В ней они провели вместе больше суток, в течение которых она то выгибалась от боли, когда император Юма наполнял ее каналы очередным видом магической энергии, то кричала от наслаждения, когда он «лечил» ее от последствий такого увеличения ее возможностей.