— Она хотела меня убить, Ричард, — сказала мне жена, указывая свободной рукой на девушку.
Удачно я с собой блокиратор прихватил.
— Сейчас я надену на нее ошейник, — сказал я Изабелле. — А ты сразу верни на руку Руфусу его амулет. Понятно?
Далее все было в соответствии с местными традициями. Мелисса в ошейнике была отправлена в подвал к Роджеру. Давненько ему не выпадал шанс свое мастерство продемонстрировать. А мы втроем прошли в покои Изабеллы. Каждому свое. Преступница — к палачу, властители — за стол с закусками.
Через пару часов, когда Изабелла при помощи пары бокалов вина окончательно пришла в себя (все-таки, несмотря на спокойный вид, она изрядно перепугалась и перенервничала) нам сообщили, что Мелисса готова к откровенному разговору и наши светлости, если желают, могут спуститься в допросную и насладиться общением с ней.
— Ее даже пытать не пришлось, — произнес Роджер разочарованно, когда мы вошли в его мрачные владения. — Я ее на дыбу еще не успел повесить, как она уже рассказывать все начала.
— Да, — подтвердила ведшая допрос Рагнхильда. — Я все записала. Если желаете прочитать, то вот, — она протянула мне несколько листов бумаги. — Только мне кажется, что она сошла с ума. Тут такое, что…
Мда, я быстро пробегал глазами текст. На первых страницах Мелисса подробно рассказывала о том, как пыталась опорочить Изабеллу, поссорить ее с Элениэль, сообщала о том, что все лето получала самые подробные сведения о Юме от королевы Турвальда Вержины. А вот дальше. Дальше начинался какой-то бред, в котором на каждой строчке фигурировало мое имя.
— Пытать для подтверждения показаний пока не надо, — вынес я решение. — Посмотри, — я передал бумаги Изабелле.
Вечером мы с Изабеллой обсуждали, что нам делать с Мелиссой. То есть я думал, что речь пойдет о том, какую казнь для нее Изабелла попросит. Но оказалось, что жена считала, что решить нужно именно, что с девушкой делать дальше. Как ее лучше использовать на благо Юма и нас.
— Ричард, — начала жена. — Ты часто меня в излишней жестокости упрекаешь. Действительно, всепрощение мне не свойственно. Но в данном случае я предлагаю не спешить с решением, — и пояснила, заметив мое удивление. — Казнить Мелиссу мы всегда успеем. Но тут что-то интересное произошло. Она ведь когда на меня накинулась? Не после моих слов об империи, а после того, как я ей сказала, что она еще год или два не станет твоей женой. И что она рассказала? Что ты ее каким-то образом научил пользоваться фиолетовым потоком и заодно внедрил в нее дикое желание стать твоею. Так?