— Да. Хочу изучить, как она работает. Убивать дракона, который так много сделал
для меня — это жестоко.
— Лайра, он не… Он исчез под давлением моей магии, просто растворился.
— Я хочу разобраться, — качнула головой, уверенная в своем стремлении. — Нужно
понять, как все это происходило, что именно на меня повлияло, почему он
вдруг попросил убить. Может, была возможность оставить его в живых?
Может….
— Так ты из-за него? — нахмурился Арвин.
— И не только. — Я вытерла ладонями мокрые щеки. — Вы поймали не тех стражей.
Истинные заговорщики — это такие, как Нуэсар. Он был у вас под носом, не
попался даже в ночь, когда ты спел колыбельную. Сказал, что может убеждать
людей, а потом стирать им память при помощи вот такого шприца, — я кивнула
на предмет в руках генерала. — Он собирался…
— Знаю. — Арвин сжал челюсть, и желваки заходили под кожей. — Я слышал. Ты
говорила.
— Он хотел повторить попытку свержения дракониров. Использовать искру, как
эффект неожиданности, но теперь уже через время.
— Значит, придется перевернуть весь Ульеран, раз тараканы сами вылезать боятся,
— прорычал он, поднимаясь на ноги. В его глазах вспыхнул опасный огонь. —
Дорогая, а не спеть ли нам еще одну песню?
— Колыбельную? — удивилась я.
— Нет. Эта другая. Она, наоборот, бодрит, будоражит. — Генерал хищно улыбнулся.
— Единственное, отдам сначала распоряжение, чтобы кто-нибудь из дракониров
был готов сразу усмирять драконов.
— Арвин?
— Не бойся, искра моя. — Он протянул мне руку. — Все в пределах
разумно-безумного. Немного пошалим. Драконы нам подчиняются, поэтому бойни
не случится, зато люди обнажат свою суть.
Я вложила свою ладонь в его, чувствуя, как от этого прикосновения по телу
разливается тепло. Он помог мне подняться и сразу направился к выходу.
— Подожди, — спохватилась я. — Дракончик! Нужно его освободить из клетки.
Мы быстро вытащили малыша на волю. Я размотала ткань, стягивающую его пасть. Он
метнулся в гостиную, начал бегать по комнате из угла в угол, расправив
крылья, словно выражал свое искреннее недовольство.
— Все, теперь можем идти, — сказала я Арвину, а зверек поспешил ко мне и
запищал на разный лад. — Хочешь с нами?
Он вытянул голову, фыркнул.
— Ему можно?
— Пусть. Не помешает. Этот дракон определенно что-то в тебе почуял, — хмыкнул
мужчина, хмурясь, и все же направился к выходу.
— Родственную душу? — усмехнулась я и поманила малыша за собой, который
довольно посеменил по каменному полу короткими лапами.
«Почему же ты назвал меня мамой?» — занозой засел в голове этот вопрос.
И я собиралась это выяснить. Планировала изучить магию, спасти этого
дракончика, чтобы не пришлось его убивать, как-то выкрутить все так, чтобы
история не заканчивалась плачевно, чтобы не терять его. Но это чуть позже.
Сейчас мне предстояло последовать за своим мужчиной и сделать то, для чего
рождена. Стать искрой, которая своим присутствием поможет всколыхнуть море,
поменять направление ветра и даже перевернуть горы.
Я могу все, потому что не одна!
Взгляд уперся в спину Арвина. Он обернулся, подмигнул мне.
Все-таки я правильный сделал выбор.
Дракончик вдруг споткнулся, крякнул и покатился вперед кубарем, а потом жалобно
застонал, видимо, повредив лапу.
— Могу понести тебя, если хочешь, — потянулась к малышу.
— Не надо, любовь моя, это же дракон.
— И что? Кому не понравится на ручках?
Зверек важно фыркнул, словно в жизни ни на что подобное не согласится, но
немного помедлил, посмотрел на мои ладони, а потом соизволил перебраться
поближе, позволил себя поднять. Правда, в следующий миг умостил голову мне
на плечо и даже обнял крыльями.
— Я ведь не твоя мама, верно? — прошептала я тихо, погладив его по спине.
— Идем, искра моя, — поторопил Арвин.
— Да, конечно, — улыбнулась ему и поспешила за своим генералом.
Вскоре мы вышли на широкую площадку, где достаточно быстро собрались остальные
дракониры. Начались негромкие обсуждения, а потом развернулась бурная
деятельность. И мне предстояло участвовать во всем. Но теперь не было
страшно. Я не сомневалась в силах своего мужчины, не сомневалась в своем
выборе и том, что теперь точно все будет хорошо.
— Ну что, начнем, искра моя? — приблизился ко мне любимый и поцеловал в лоб. —
Усиль меня, чтобы услышал весь белый свет. Спою так, что затанцует каждый,
кто может слышать!
Дракончик на моем плече фыркнул.
— А ты оторвись от моей женщины, малыш. Песня и на тебя подействует. Давай,
давай, — оттянул он зверя и поставил на пол. — И отойди подальше, чтобы не
успел наброситься.
Он снова фыркнул, но подчинился и посеменил к дальней стене.
— Зачем ты с ним так? — заглянула я Арвину в глаза.
— С детьми нужно быть строгим.
— Вот неправда. Детям нужна ласка и любовь. Они ведь маленькие.
— Крепкие воины вырастают в дисциплине, дорогая. Я не спорю, что…
— Эй, парочка, давайте вы будете решать, как растить детей, когда мы закончим,
— приблизился к нам Скайлар, до неприличия широко улыбаясь.
— Не завидуй, — прищурился Арвин и, демонстративно поцеловав меня в висок,
начал обращаться в дракона.
— Ай-яй-яй, женщина, что ты сделала с нашим генералом? Угрюмым он мне нравился
больше.
Мой драконир рыкнул, а его кузен поднял руки, показывая, что больше слова не
скажет. Подмигнул мне и поспешил к краю площадки, готовясь усмирять
драконов.
Присутствующие заткнули уши, притом использовали для это магию. Я окинула их
взглядом, прикоснулась к своему Арвину и снова увидела мир его глазами, а
также себя в темно-синем платье, почувствовала всепоглощающее тепло, которое
шло с самого нутра и которому имелось прекрасное название.
«И я люблю тебя», — подумала, а потом пожелала, чтобы мой дракон стал самым
сильным.
Сейчас всколыхнем очередное море, да!