Тот, что покрупнее, собрался что-то ответить. Начал двигаться, собираясь облокотиться на стол. Но разглядеть герб я опять не смог, помешал носатый сосед. Он опять закричал, только в этот раз на меня. Повернулся в мою сторону, схватил за руку и спросил:
— Гордеев! Ты опять здесь, проныра? Тебе же в прошлый раз все уже показали!
Меня будто холодной волной окатило. Я не ослышался, сторонний фобос без слияния, говорил именно со мной. От неожиданности, а может, старый монах выкинул меня, но я очнулся. Проморгался, привыкая к свету фонарей, и огляделся. Исаев с шаманом все еще колдовали над саркофагом, не обращая на меня никакого внимания. Рядом была только Банши. Она участливо смотрела на меня и протягивала флягу с водой.
— Матвей, все в порядке? Ты будто фобоса встретил?
— Ага… И, похоже, я знаю, что такое важное увидел отец.
Фу-у-ух! И что это было? Как минимум раскол в совете Ордена, а как максимум — причина всех бед Енисейской губернии. Некий сверхмощный разрыв, который не привязан к одному месту, может передвигаться в пространстве и несет в себе бомбу замедленного действия с чумой и прочей мерзостью.
И из всего увиденного вытекает, что два старых рода этот разрыв себе прикарманили. И довольно долго, почти четыре сотни лет, тянули из него силу, пока он наконец не бомбанул сам или не запустил цепочку разрывов так, что вся губерния захлебнулась во тьме.
Я отмахнулся от Банши, мол, потом поговорим, и вернулся в первую комнату к фреске. Стал всматриваться в лица в поисках новых знакомых, сверялся с гербами и пытался вычислить предателей. М-да, какое-то уравнение с большим количеством неизвестных, а главное, что с Исаевым советоваться не хотелось до тех пор, пока я на сто процентов не исключу его семью из уравнения.
— Банши, помоги, — позвал я девушку и прошептал: — Ты знаешь этих людей?
— Ну-у-у, вот это Серапион.
— Спасибо, блин, капитан очевидность!
— Не знаю, при чем здесь капитан, но запомни, — с этими словами блондинка ткнула меня острым пальцем в плечо. — Я не очевидность, я непредсказуемость и неожиданность!
— Главное, чтобы не детская, — это я совсем тихонько пробурчал, а потом повысил голос: — Еще кого-нибудь узнаешь?
— Да, вот этот лысый, должно быть, Конников, — Банши показала на тучного монаха с непокрытой головой, а потом подняла руку выше к гербам. — А вот их герб с лошадками. Но род прервался довольно давно, лет двести назад.
— Ясно, лысого вычеркиваю. Еще кого-то знаешь? Или хотя бы гербы кому принадлежат?
— Из какой же все-таки дыры тебя достали-то? Почему ты таких очевидных вещей не знаешь? — покачала головой Банши.