Я не слышал названий, толком не видел лиц. Для меня все выглядело этаким парадом супергероев вселенной Марвел— их яркие, мощные, радужные ауры оставляли след на сетчатке глаза. Я моргнул, но это не помогло — концентрация силы была настолько высока, что даже сквозь опущенные веки круги видно было.
До меня донесся голос ведущего с накрученной интонацией. Он будто боксеров на ринге представлял. Началось награждение охотников из первой десятки рейтинга. И под очередную гулкую волну аплодисментов перед глазами замаячил след «оранжевой» скверны.
Прямо над ухом, довольно отчетливо, охнула какая-то дама: «Однако как же поднялись Арсеньевы! Кто бы мог подумать? Какой успех!»
«Босс, не парься, я все фиксирую…» — пронеслось в голове подтверждение от Ларса, понявшего, что мне тяжело сфокусироваться и вернуться в реальный мир.
Еще волна аплодисментов, еще поток насыщенных красок: плотных, сочных, переполненных силой, наглостью, гордыней, но и завистью. Потом еще и еще: сильнейшие одаренные страны выходили на сцену, получали награды, разряжаясь бурей эмоций, но без скверны.
И, наконец, появилась она — липкая изворотливая «красная» змея.
Аплодисменты превратились в шипение. Алые пятна, минуя глаза, вгрызлись прямо в мозг, оживляя воспоминания Маши и рисуя картинки гибели моих родителей. Переполненный аурой зал начал давить. Мою голову словно в тиски зажали и начали крутить, и крутить, сдавливая все больше. Меня замутило от головной боли. Она пронизывала меня от самой макушки, убегая к пяткам, и возвращалась обратно, трансформируясь в волну бешенства. Перед глазами все уже было красным. Я поплыл.
Я чувствовал, что теряю контроль.
В ушах нарастал барабанный бой, сквозь который слабым писком донесся голос соседки: «Ха! Прайд графа Львова — ну кто бы сомневался? Эти всегда прут по головам. Не удивлюсь, если в следующем году обойдут самого императора… Ой! Мужчина, что с вами? Вам плохо? Что происходит? Нельзя применять силу в обществе… Что…»
Женский визг неожиданно оборвался, и я почувствовал возню рядом с собой. Кто-то разбегался, толкаясь, но кто-то, наоборот, приблизился ко мне вплотную.
Сквозь красную пелену перед глазами возник мягкий силуэт. Я почувствовал прикосновение холодных ладоней на лице. Нежные женские пальцы коснулись моих глаз. Меня обняли и, тесно прижавшись, что-то прошептали голосом из другого мира. Голосом, который я меньше всего ожидал здесь услышать.
— Матвей, это я. Все в порядке, выдыхай, бобер, а то будет как в тот раз, когда нас менты на Арбате забрали.