Первым показался наш проверяющий. Бледный и без сознания, но с медленно вздымающейся грудью. Дышит! И чуть ли не громче запыхавшихся носильщиков, которые изо всех сил старались не уронить колобка с узких носилок.
Следом наши — Банши со Стечей — на своих двоих. Блондинка чумазая и лохматая, но кроме пары ссадин ничего страшного. У Стечи деревянная шина, фиксирующая руку. Я услышал молитву Гидеона, а потом в проеме появилась следующая пара медиков.
Прямой, как оловянный солдатик, Захар вытянулся на носилках. Морщил лицо и бешено крутил глазами, ругаясь каждый раз, когда его потряхивало. Рядом семенил Гидеон и, не переставая читать молитву, держал ладони на груди управляющего.
Я подскочил ближе и взял управляющего за руку.
— Захар, держись! Подлатают тебя светила медицины и будешь как новенький, — я посмотрел на Гидеона и прошептал: — Ведь будет?
— Ма…ма…Матвей, — слабым голосом просипел Захар и стал тянуть шею в мою сторону. — Ног не чувствую. Но это не главное…
— Может, потом? Отдохнул бы лучше… — произнес я, но не прокатило, управляющий заскрипел и с трудом приподнялся на руке. Старик дрожал, но продолжал тянуться и шептать.
— Матвей, это очень важно…
— Слушаю-слушаю.
Я придержал его и почти вплотную приблизил ухо к его губам. Вдруг там действительно дело жизни и смерти.
— Заначку ведьмы не прое… кхе, — управляющий закашлялся, но продолжил: — У ведьм в логове добыча. Забери первым, а то потом не докажем.
Тьфу ты! Кто о чем, а лысый о бане!
Но просьбу Захара я выполнил. Узнал, в какую больницу повезут раненых, и побежал искать лестницу. Сориентировался по крикам Орденских, разгонявших местных, чтобы не мешались на проходе и не лезли.
Пропустил еще носилки. Поглядел на журналистку и Факельщика, оба были истощены и явно обколоты чем-то сильнодействующим. За ними ковылял еще один охотник. Бледный, избитый, но он, по крайней мере, шел на своих двоих, хоть и поддерживаемый санитаром. Пока их проносили мимо меня на узкой лестничной клетке, я удостоверился, что всех везут в одну больницу. Найти и расспросить будет несложно.
Увидев, что меня догоняет криминалист, я припустил наверх сразу же, как только смог разминуться с ранеными. Выбежал на крышу, прорвался сквозь оцепление, наврав, что во время боя потерял личные вещи, и принялся быстро шмонать раскуроченную комнату.
Возиться было лень, так что я открыл пространственный карман и стал кидать туда все, что выглядело хоть немного ценным. Начиная от пучков трав, баночек с разнообразными порошками, заканчивая небольшим сундучком и свертками. Отдельно я прихватил пару тяжелых подсвечников и керосиновую лампу — не факт, что ценности, но в доме все пригодится. Под кроватью нашел еще один сверток — тяжелый и позвякивающий, развернул и мысленно отправил привет Захару. Ведьма, конечно, не сорока, но мимо блестяшек не проходила. Жаль только, что серебром не запаслась.