Смех — смехом, а рисковать Искрой мне не хотелось. Я понимал, что, как только она восстановится, то в разы усилит команду. Но, блин, а вдруг реально что-то не так пойдет? Наивно обещать, что девушка не пострадает, когда сам можешь в любой момент концы отдать.
В какой-то момент я сам загрузился, еще и Ларс с Харми стали изображать заботливых бабушку и дедушку: «А вдруг простудится?», «А вдруг перегреется?» и тому подобное. Собирался уже порадовать премьер-министра и отказать Искре в приеме в ЧОП, но меня смутил Борис своей уверенностью, что со мной ей будет лучше.
Рассвет практически перестал существовать. Жалкие крохи отряда сейчас скрывались где-то в районе порта, чтобы потом пойти искать поддержки в Петербурге. А господин Кантемиров сейчас был на втором месте среди самых разыскиваемых людей в этой стране. После меня. Можно сказать, после императора, но того искали совсем другие люди, оказавшиеся в явном меньшинстве.
По версии премьер-министра, «хороших» было больше, но они были слишком разобщены. И Батя тому пример. Монастырские, как отряд, представляли из себя реальную силу (и таких по стране полно). Но то, что происходит за границами их земель, их не интересовало. Себя бы защитить, мол, а что там за забором — не наша проблема.
И ведь в глубине души все наверняка понимают, что Грешники их по одному раздавят. Но либо надеются на русский авось: мимо пройдут, силы по дороге растеряют, само рассосется или кто другой врагов раскидает. Либо имеют здоровое, в принципе, желание защитить именно себя и свой ближний круг. И третий вариант: просто нет лидера, который бы всех объединил. Кто рассказал бы, что авось не прокатит, а лучшая защита — это нападение.
Вот поэтому и был нужен император.
В общем, было решено, что Искра едет со мной. Но в случае чего сразу же сваливает в безопасное место — к двоюродной тетке во Францию. Все это друг другу пообещали, и никто в это не поверил, как мне кажется.
Я оставил Искру прощаться с родней и получать новые инструкции, а сам пошел с Гаврилой принимать моторку. Там выяснилось, что Батя разрешил выделить мне матпомощь в дорогу, и гному не терпелось похвастать тем, что он приготовил.
— Слушай, времени, конечно, мало было, — как бы извиняясь проговорил Гаврила. — Но кум постарался. Броньки добавили. Мосты укрепили, резину другую поставили, так что по бездорожью теперь лучше пойдет. Ну и так по мелочи. Балахоны и медицину не трогали, а остальное, как ты и просил, выкинули. Честно говоря, кум себе забрал. Там металл хороший, приспособить под что-нибудь нужное получится. Ты же не против?