— Один артефакт, — уже далеко не в первый раз начал объяснять я и оглянулся по сторонам. Показалось или действительно из приоткрывшейся двери проскользнул призрачный завиток тумана? Сквозняк моментально разметал белесую мглу в клочья, и стало понятно, что это просто сигаретный дым. Должно быть… — Один из тех, с помощью которых было создано Приграничье. Один из тех, с помощью которых строились порталы между мирами. Один из… Ну вы поняли?
— И что нам это даст?
— Если все выгорит, уйдем обратно в нормальный мир, — решил я не обращать внимания на симптоматичное слово «нам». Не нам — мне.
— А если нет? — встрепенулся Ветрицкий. — Сможет он нам помочь всех с хвоста сбросить? На что вообще он способен?
— На многое, — заморгал я, пытаясь восстановить «поплывшее» зрение. Надпись на футболке: «Завтра — отличный день, чтобы сдохнуть», вдруг смазалась, стилизованные под вырезанные из газетных заголовков буквы запрыгали, меняясь местами, и на миг показалось, будто лозунг призывает покинуть этот свет прямо сейчас.
— Хороший ответ, — усмехнулся пиромант. — И где это чудо находится?
— Где-то рядом, — попытался съязвить в ответ я, но не уверен, что получилось вытолкнуть из себя хотя бы слово.
Не до того было — словно в темечко гигантской киянкой ударили. И не забили в бетонный пол — все же не тот я человек, чтобы на изготовление гвоздей годиться, — а размазали в лепешку. И оголенные нервы как-то очень естественно и совершенно без каких—либо усилий с моей стороны срослись воедино с неторопливо текшей по подземелью магической энергией.
На какое-то мгновение я стал — нет, не всемогущ, — но всеведущ. Коридоры, подвалы, бывшие бомбоубежища, тайные ходы и совсем уж позабытые норы «Кишки» промелькнули перед внутренним взором, а потом меня подхватил обжигающе холодный поток и вышвырнул куда-то высоко-высоко. Так высоко, что Форт стал размером с карту, и лишь пульсировавшая над ним полусфера колдовской защиты хоть как-то оживляла мертвенную неподвижность этой грани бытия. Полусфера колдовской защиты да зависшая прямо над городскими стенами ледяная пирамида Цитадели. Маленькая и хрупкая, словно елочное украшение. Казалось, достаточно просто дотянуться, толкнуть…
И это в общем-то естественное желание в один миг нарушило хрупкое равновесие неподвижности и, словно пудовая гиря, которая тащит на дно утопленника, швырнуло меня обратно под землю. В голове вспыхнули искры, рот наполнился кровью, и, вздрогнув, я отдернул голову от ужасно жесткой столешницы.
— Лед?!! — хором вскрикнули так и не дождавшиеся от меня ответа подельники.