— Сюда! — позвал нас выглянувший из открытой двери какой-то каморки охранник. — Деньги готовьте. Пол-империала сутки.
— Коля, расплатись, — поймав многозначительный взгляд хлопавшего ладонью по дубинке мужика, не стал справляться я о неожиданном обвале цен.
— Ты говорил… — не врубился в происходящее Ветрицкий.
— Заплати, сколько сказали, — в упор уставился на него я.
— А не дешево? — поднял на охранника взгляд от бухгалтерских книг сидевший в каморке за столом молодой парень. — Виктор велел…
— Сема, чему тебя в университете только учили? — перебил его охранник. — А как же конкуренция и свободный рынок? Мы же не монополисты…
— Двадцать два пятьдесят с вас, — не стал вступать в дискуссию парнишка и макнул железное перо в чернильницу.
Ветрицкий молча выложил на стол два червонца и три золотых чешуйки, забрал стопку мятых банкнот и вышел к нам.
— Погодь. — Счетовод кинул ему кольцо с двумя ключами. — Второй этаж, двенадцатый блок.
— Понятно.
— Чего тащите? — легонько пнул охранник прислоненный Напалмом к стене брезентовый сверток, из которого торчали какие-то палки.
— Орудия труда, — усмехнулся Напалм и сунул сверток мне. — Пошли, что ли?
— А и верно, чего время зря терять, — вместе с нами отправился к лестнице охранник. — Как разместитесь, за углем спускайтесь. Два ведра вам причитается.
— Обязательно спустимся, — кивнул я. — Еще чего?
— А ты как думаешь? — ухмыльнулся во все глаза пялившийся на Веру мужик. — Уговор какой был? Без меня с вас бы три шкуры содрали.
— Коля, выдай товарищу полуимпериал за посреднические услуги, — распорядился я.
— А стоит ли?.. — тяжело вздохнул Ветрицкий, но деньги все же достал. — С червонца сдача будет?
— А ты давай вот так… — ловко вынул у него из руки золотую пятирублевку и две отчеканенные на монетном дворе Торгового союза чешуйки охранник. — Вот, а сдачу себе, знаешь куда, можешь засунуть?
— Догадываюсь, — не стал грубить в ответ Николай и начал подниматься на второй этаж.
— И не гадьте там, — предупредил охранник, направившийся к клетушке с выдавшим нам ключи парнем. — Приду, проверю.
— Милости просим, — усмехнулся ему в спину Напалм и шикнул на нас: — Шевелитесь уже…
На втором этаже оказалось ничуть не чище, чем на первом: все та же облупившаяся побелка стен, закопченные потолки. В углах — кучи мусора. А вот дверь с криво намалеванной цифрой «12» как ни странно была весьма добротной: мало того, что лист железа чуть ли не в полсантиметра толщиной, так еще и штыри в косяк входят. Даже если петли спилить, ничего путного не выйдет. Ну и замок не из самых простых, ключ весь в каких-то прорезях, загогулинах. Хотя, по нашему времени, проще долбануть по двери заклинанием помощней, чем отмычки подбирать.