— Червонец, платим за два дня сразу и ведро угля в счет квартплаты, — оглядел я торчавшие из окон общаги трубы. Тех, из которых дым идет, — наперечет. Ну и о каком аншлаге может идти речь?
— С дуба рухнул? — шагнул на ступеньку ниже мужик. — Да за такие деньги вы вчетвером конуру собачью не снимете!
— Посмотрим, — посмотрел я на здание соседней пятиэтажки, стоявшей окна в окна с облюбованной мной общагой. Если там такой же жлоб на охране — даже не знаю, что и делать. В окрестных двух- и трехэтажных хибарах свободные квартиры искать до потери пульса можно. — Может, у соседей ваших аншлага нет?
— Вы посмотрите на него, какой деловой? — разозлился из-за уплывающего приработка охранник. — Постой-ка, сейчас околоточного кликну, надо еще разобраться, что ты за фрукт.
— О! А это идея! — обрадовался я. — Не в курсе, в околотке свободные камеры есть? Может, нам с дружинниками сторговаться?
— Платите за три дня и два ведра угля бесплатно. — Мужик понял, что на понт меня взять не получится, и решил поторговаться. — Но если нагадите — собственноручно шкуру спущу!
— По червонцу? — уточнил я.
— По червонцу, — скорчил кислую мину охранник и распахнул дверь: — На вахту проходите.
— Лады, — кивнул я и повернулся посмотреть, не видать ли моих подельников.
О! Вон и они ковыляют. Ветрицкий вконец охромел, Вера и вовсе на ногах еле держится. Один пиромант бодрячком выглядит. Неудивительно, что волокуши тащить именно ему и поручили. Неужели выкинуть не могли? Или для антуража оставить решили?
— Договорился? — тяжело оперся на ограждение крыльца Ветрицкий.
— А то! — подхватил я Веру под руку и помог подняться по ступенькам. Что-то она шибко сильно притомилась — аж мотает на каждом шагу. Откат от лекарств пошел? — Двухкомнатные апартаменты с удобствами.
— Дорого заломили? — уточнил хозяйственный Напалм.
— Дорого, — не стал скрывать я и, распахнув дверь, пропустил девушку в небольшой тамбур. — Тридцать рублей за три дня.
— Сдуреть можно! — всплеснул руками кинувший на пол волокуши и длинный брезентовый сверток пиромант. — Грабеж среди бела дня!
— Две комнаты на три дня, да нас еще четверо, — провел в уме какие-то расчеты Ветрицкий. — Так примерно и выходит. Тем более — бродяги у старьевщика о лазурном солнце болтали. Сейчас все цены заряжать начнут.
Вслед за Верой я прошел в донельзя загаженный вестибюль общежития и огляделся по сторонам. Ну и гадюшник! Штукатурка давно облупилась, освещения нет и в помине. Мешки какие-то подозрительные в углу штабелями сложены. На полу — слой грязи чуть ли не сантиметровой толщины. Ладно хоть все окна застеклены. Но и так — ненамного теплей, чем на улице. И судя по всему, тут не то что тараканы, тут крысы пешком гулять должны.