— А после работы?
— Встретится с Ритой. Он каждую пятницу встречает её с работы. На трамвайной остановке.
— В какое время это происходит?
— Я точно не знаю… — сказала Лена. — Он приходит с работы. К себе, в общежитие… Серёжа, а что случилось?
Котова потрясла мою руку.
— Номер его комнаты знаешь? — спросил я.
— Конечно.
Я развёл руками.
— Какой?
Лена покачала головой.
— Не скажу, — ответила она. — Я поеду к Олегу вместе с тобой.
Я пожал плечами.
— Ладно. Тогда жди меня на автобусной остановке около института. Сразу после занятий.
— Хорошо. А зачем тебе Олег?
Я высвободил свою руку из хватки Лениных пальцев, снова улыбнулся.
— После об этом поговорим, — сказал я. — Прости, Лена, но я тороплюсь.
На секунду прикоснулся ладонью к плечу Котовой и поспешил к входу в общежитие.
Вошёл в комнату — Артурчик ещё спал. Я побросал в сумку нижнее бельё, зубные щётки и прочие вещи, необходимые для двух-трёх суток жизни в квартире у Марго и у Коли. Сунул в карман деньги. И лишь после этого растолкал Прохорова. Сообщил Артурчику, что мы с Кириллом «задержались у друзей» и «занятия сегодня и завтра пропустим». Отмахнулся от его вопросов. Хлопнул дверью.
На улице уже рассвело, когда я вернулся к дому Маргариты Лаврентьевны и Николая Уварова. Свернул во двор, увидел, что машины со двора исчезли — я выбрал наилучшее парковочное место для своего мотоцикла. Прикинул, топая по ступеням в подъезде и зевая, что на сон у меня осталось чуть больше пяти часов. Распахнул дверь, шагнул в квартиру. Увидел выглянувшего в прихожую Кирилла.
— Проснулись? — сказал я.
Мой младший брат кивнул и нахмурился.
— Она ушла, — сказал Кирилл.
Я вскинул брови и спросил:
— Кто ушёл? Инга?
Прикрыл входную дверь, щёлкнул замком. Не отводил взгляда от лица брата.
Кирилл махнул рукой, печально вздохнул.
— Психанула, — сказал он. — Наорала на меня. И сбежала.
— Почему? — спросил я.
Кирилл дёрнул плечами, опустил глаза.
— Потому что я рассказал ей правду, — ответил он.
Я без зазрения совести ограбил холодильник на кухне у Коли и у Марго. Улов оказался неплохим, пусть и без деликатесов. Я нарубил ножом «Докторскую» колбасу, нарезал хлеб, подогрел на плите воду в чайнике. Производил все эти действия, слушая похожие на жалобы и оправдания рассказы моего младшего брата. Кирилл уселся за стол напротив меня, лицом к окну. То и дело закусывал нижнюю губу, не смотрел мне в глаза. Я намазывал на хлеб сливочное масло — моё воображение рисовало картину того, как проснулась в незнакомой квартире Инга Рауде, как она будила Кирилла. Кир признался, что спросонья он не сразу сообразил, где находился и что происходило. Его мозг не сразу включился — именно на это обстоятельство я списал излишнюю правдивость своего брата.