— Серый, ты к Прохоровым нас везёшь?
Я покачал головой и ответил:
— Нет.
— А куда?
— Скоро увидишь, малой? Мы почти приехали.
Я убедился, что на этот раз свернул верно — до дома Прохоровых мы не доехали четыре квартала. Направил Братца Чижика по присыпанной опавшими листьями дороге прочь от проспекта. Мысленно прикидывал нумерацию домов (раньше я здесь не бывал). Свернул во двор пятиэтажки, сообразил, что не ошибся кварталом. Потому что фара мотоцикла осветила не только детские качели, но и припаркованные во дворе автомобили: я насчитал два ГАЗ-21 и три ВАЗ — 2101.
Подрулил к первому подъезду, припарковал мотоцикл под кроной тополя, заглушил двигатель и скомандовал:
— Выгружаемся.
Дверь нам открыл Коля Уваров. Я в этот момент задумчиво рассматривал металлическую дверную ручку (напоминавшую трубку от телефонного аппарата). Поэтому и увидел сперва красные семейные трусы, походившие на наволочку от подушки (лишь на пару пальцев не достававшие до покрытых мелкими шрамами коленей). Поднял взгляд — скользнул им по выпуклому (будто надутому) животу, по покрытой курчавыми волосами груди, по массивному подбородку. Взглянул на карие глаза, глубоко посаженные под густыми бровями и выпуклыми надбровными дугами. Их выражение показалось мне неприветливым.
— Серёга? — произнёс Уваров. — Каким ветром тебя сюда прибило?
Он вскинул брови. Но тут же взглянул поверх моего плеча и нахмурился. Потому что увидел стоявшего позади меня Кирилла.
Мой младший брат держал в руках всё ещё спавшую под действием снотворного Ингу Рауде.
— Здравствуй, Коля, — сказал я. — Девочку заказывал?
— Какую ещё девочку? — спросил Уваров.
— Какая была, такую мы и доставили, — ответил я. — Впустишь нас? Или поболтаем у порога?
Николай вскинул руку, почесал затылок. Продемонстрировал нам волосатую подмышку. Снова озадаченно взглянул на Кира.
Пробормотал:
— М-да. Входите.
Шагнул в сторону. Я скопировал его движение — сделал это по другую сторону порога.
Махнул рукой и велел младшему брату:
— Заноси её.
Кирилл решительно переступил порог; сделал ещё два шага и замер посреди слабо освещённой просторной прихожей, стены которой были оклеены обоями с рисунком в виде кирпичиков (такие же я видел в квартире Прохоровых и у Рамазановых). Я поспешил следом за братом. Коля прикрыл дверь, щёлкнул замком, звякнул звеньями цепочки. Включил свет. Я зажмурился: у меня над головой вспыхнула упакованная в плафон (похожий на тюльпан) лампочка. С десяток секунд я моргал (привыкал к яркому освещению). Уловил в воздухе запах кофе и аромат знакомых французских духов (Diorella’ от «Dior»).