Сделал Маришке еще одно внушение, после чего наконец-то занялся делами. Пора было разобраться с квартирой по соседству. Во-первых, я хотел расположить там временную лабораторию для своих опытов, а во-вторых, меня напрягала царящая там тишина, хотя я печенкой чувствовал, что в квартире кто-то есть.
В подъезде было шумно, люди активно ходили друг к другу в гости (моими стараниями между прочим, ведь это я обезопасил дверь подъезда) и громко разговаривали. Если так дело пойдет, то рано или поздно найдется мертвец, который ненароком откроет дверь, но это их выбор. Шумят, значит, и я могу немного пошуметь.
Вначале вновь решил применить дипломатический подход. Я довольно громко постучал кулаком в дверь, повторил раза три с промежутками, но мне не открыли. Замечательно. Вооружившись, принялся за дело. С трудом я вбил лезвие топорика в щель между дверью и косяком. Резко дернул, но инструмент плохо схватился и лишь расщепил деревянный наличник. Попробовал еще раз, и с тем же результатом. Н-да. Топорик жутко хорош, но все-таки универсальный инструмент проигрывал доброй старой фомке. Пришлось вернуться в квартиру, чтобы поискать ее в вещах покойной хозяйки.
Фомка нашлась в темнушке вместе с небольшим набором прочих слесарных инструментов. А как одинокой женщине пенсионного возраста прожить без инструмента? Правда, во время поисков чуть не подставился. Снующая возле меня, как пчела вокруг меда, Маришка, наткнулась на мешок с останками Тамары Игоревны, но заглянуть не успела. Нарычал на девчонку и прогнал играть в зал. Воспитатель из меня тот еще, но уж какой есть. Я не каменный и уже слегка прикипел к девочке, но готов передать груз ответственности любому хорошему человеку и даже выплатить солидные отступные в любой удобной валюте: гречка, тушенка, вода, могу и бесполезных нынче денег подбросить. Возьмете?
Собрав весь инструмент, я вернулся в подъезд. С хорошим инструментом дело сразу сдвинулось с мертвой точки. Дверь оказалась закрыта только на хлипкий верхний замок, и я уже примерился вывернуть язычок с корнем, как меня отвлекли.
— Тамара, ты дома? — прозвучал из-за металлической двери, что отделяла две квартиры от остального подъезда, голос пожилой женщины.
Скорей всего соседка. Секунду думал, а потом изобразил голодное урчание ходячего. На той стороне взвизгнули, а я довольно улыбнулся. Теперь отстанет.
— Дядь Саша, кто там? — очень не вовремя высунула свой нос из квартиры Маришка.
Я молча указал ребенку на дверь квартиры и скорчил злую гримасу, но было поздно.
— Девочка, ты там одна? — сердобольно спросила пенсионерка из-за двери.