Борис его тем временем аккуратно укладывал на койку. Интересно, он реально тащил его из морга на руках?
Хотя, какая, в жопу, разница? Главное, принес.
Я бегло оценил состояние своего спящего красавца. Сильнейшее эмоциональное потрясение. Что ж, думаю, минут сорок у меня есть на подумать. Пусть пока поспит, ангелочек мой.
— Спи, спи. А я пока придумаю, как тебе позаковыристей погибнуть для максимального эффекта. А на счёт редактора не беспокойся. Положись на своего верного Аарона. Плохо друзьям ссориться. Ведь плохо? Стало быть, помирим. Скоро, мой хороший, потерпи маленько — еще неделька и я твою душеньку приберу.
Не успел я всласть поёрничать, как мой красавец открыл глаза, уставился на меня и выдал на автомате:
— Хрена лысого тебе по губам, а не мою душу.
Слово — субстанция, лишь немногим не дотягивающая до вещей материальных.
(Ааронизмы — неизданное)
Когда-нибудь видели демона ссыкуна? Вот он я, собственной персоной.
От неожиданности и ( чего уж скрывать ), от банального животного страха разоблачения я вскрикнул, буквально подпрыгнув на месте.
Нет, нет, нет — это попросту невозможно! Не может он меня видеть! Мы на разных уровнях бытия обитаем. Он — там, я — тут. Он — живой, я же — вне времени. Он — мясо, я дух — думаю, достаточно аналогий, и так понятно.
Так и смотрели мы друг на друга, не моргая — он пристально и с вызовом, я испуганно и затаясь. Чего дожидался Пекарев, я не знал, зато я точно знал, чего ожидал я. Знаете, как замирает нашкодивший кот, когда его с поличным застали? Вот так и я сейчас выглядел.
Да, нет же, он не видит меня. Просто ракурс такой. А писака мой от стресса рассудком дерябнулся. Скорее всего, это он вообще во сне лунатничает. Пьяным, он и не такое вытворял.
Так, Аарон, соберись! Ну, ты чего, как тряпка то! Только без паники. Встань и медленно отойди в сторону.
Я медленно встал и сделал шаг назад и в сторону.
— Да ну нахер! — выругался я, поскольку Пекарев мои передвижения сопровождал взглядом. — Ты что, реально меня видишь?
Пекарев отстранился, поморщившись, как от дольки лимона, уселся в кровати и ноги поджал под себя на манер йога.
— Не только вижу, но и чувствую. — Уверенно ответил он. — Ты что, с бомжами совокуплялся неделю? Мыться не пробовал?
Не в силах скрыть своего удивления, и скорее даже машинально, я понюхал подмышку, запоздало сообразив, что не способен слышать запахов вовсе. Не потому, что «Ковидом» болел, а потому что не способен на это в принципе. Нет у меня обонятельных рецепторов в носу. Как, собственно, и носа нет. Меня вообще нет в простом бытовом смысле. Повторюсь — я дух бесплотный. Просто очень навороченный дух, облаченный в визуальную форму человека.