Сомнения Н’гура были понятны, — бугор должен адекватно оценивать возможную опасность. Ещё Агееч рассказывал, что новички, да что там, порой и бывалые бродяги, из-за постоянного стресса и усталости, ловили «гон». Им постоянно чуялось, что вот-вот что-то случится: или твари прямо сейчас напасть собираются, или крысы двуногие, а то и в аномалию какую всей ватагой попадут. Проблема была в том, что у многих бродяг со временем развивалась вторичная характеристика «Интуиция». И чем опытнее, матёрее был бродяга, тем сильнее развита у него эта характеристика. Вот только как отличить гон от предсказаний интуиции? Бродяги приноровились различать по лицу: при гоне обычно лицо непроизвольно искажалось. Но этот метод работал не всегда.
— Да не знаю я… — вырвалось у меня.
Про душу дриады, поселившуюся в моей голове, я ему, да и вообще посторонним, рассказывать не собирался. Но как убедить, утаив главное? И могла ли Ушастая впасть в панику? Да, она постоянно в неё впадала, но при этом ни разу ещё не ошиблась, разве что с ловушкой, устроенной демоном. Но там другое…
— Если ты про интуицию, — стараясь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее, ответил я, — то у меня пятёрка…
Для убедительности я прибавил две единицы, иначе просто не объяснить все «случайности» обнаружения тварей.
— Сам решай много это или мало.
На самом деле для бродяги, топтавшим пустошь всего один сезон, много, — у того же Агееча к моменту, как его демон проклял, семёрка была.
— Что даже ноги не оттяпаем? — затягивая горловину вещмешка, ухмыльнулся Н’гур.
Ноги жабы — актуальная тема. Как только первую распотрошили, чтобы достать околосердечную сумку и печень, в которых должны были быть душевники, встал вопрос о мясе, — есть-то нам что-то надо. Только вот сходу никто ответ дать не мог: можно ли или ну его на фиг пробовать? И снова нам помог Проф, прочитал какое-то заклинание из области кулинарии и, спустя полминуты выдал вердикт: есть можно, не отравимся. Теперь у каждой пойманной жабы отрубали ещё и задние ноги, которые нёс в мешке уже гном.
— Подождите минутку, — прохрипел профессор. — Сейчас магическим зрением гляну.
— Ох, Проф, — только и вздохнул Донлар обернувшись.
Я его понимаю, если что гному ещё и старика тащить. Но наш профессор — тот ещё упрямец, привык за столько лет, что в его окружении никто ему не указ.
Губы старика беззвучно зашевелись, а и так большие чёрные кружки зрачков начали расширяться, закрывая собой белёсую, почти выцветшую радужку. Через пару-тройку секунд Проф отлип от скалы и принялся смотреть, медленно водя взглядом из стороны в сторону. Вид при этом у него был жутковатый. Не знаю, на кого он сейчас больше походил: на только что восставшего зомби или потустороннюю тварь, каким-то образом проникшую в наш мир.