— Как?
— Хрен его знает. Но Елена утверждает, что душевные проблемы должен лечить отдельный специалист. У них там так принято.
— У меня нет проблем!
— Вот и расскажешь… и про то, что проблем нет, и про то, каких именно нет. Жить будешь на даче Елены. Можешь, конечно, и в перевалочной, но там стараниями Погожина сейчас очень людно. То вскрытия отрабатывают, то зачёты пересдают…
А при занудности старого целителя, надо полагать, пересдавать приходится много.
— Поэтому дача Елены — лучший вариант. Печка работает. Мебель есть. Дом надо протопить, всё же туда давненько не заглядывали. Еда в городе. Деньги я с собой дал. Если вдруг возникнут сложности — пиши. И помни… два месяца. Вот два месяца ты мне обещал!
Было такое.
И главное, не понять, как это Гремислав обещание выдал. Видать, кукольник точно мозги заморочил.
— И чтобы не отлынивал!
— Смеёшься?
— Какой тут смех, — Елизар подхватил под руку. — Ты… обещал. И делать будешь то, что скажет.
— Буду, — снова пообещал Гремислав, лишь бы старый приятель поскорее отвязался. — Силой клянусь… буду делать, что скажет.
— С тобой точно не всё в порядке, — Елизар покачал головой. — Ты бы не разбрасывался… ай, ладно. Пошли.
Портальщик был мрачен.
И переход отозвался во всём теле мышечной судорогой. Причём такой, что Гремислав и на ногах не устоял. Он и рухнул на пол в подвале, и вырвало его на тот же пол под возмущенный вопль дежурного. Впрочем, тотчас кто-то появился.
И не один.
Целители, чтоб их… подхватили, потащили. А сил сопротивляться у него не было. Елизар же целителей отгонять не спешил. Сумку вот нёс и смотрел с укоризной, отчего тошно сделалось.
— … мы с ним давно приятельствуем, — голос любезной Софьи Звениславовны звучал в ушах. — Очень солидный надёжный человек. Крепко нам с сыном помог.
Сын у Софьи Звениславовны хорош.
Высок и статен.
Волос светел. Глаза синие да яркие. Ни дать, ни взять — королевич из сказки. И понятно, отчего девица на него смотрит так, с восторгом. Можно сказать, взгляд отвести не способна.
Хотя и сама красива.
— Так, что тут у нас… некромант… одна штука.
— Две, — возразил слабый женский голос.
— Из пациентов пока один.
Вот это «пока» очень вдохновляло.
— Лапонька, раз уж вы сумели сосчитать до двух, может, скажете, что с ним не так?
— Его крючит?
— Это, безусловно, в какой-то мере верно…
Целителей Гремислав никогда не любил.
— … однако куда любопытнее узнать, почему этого достойного представителя Гильдии так крючит.
— Мышечный спазм?
— Чудесно… отчего?
— Вызван переходом?
— Почему?
Мышцы отпускало. И настолько, что Гремислав сумел сесть.