Старого.
Опытного.
Прожившего не один и не два года под чужою личиной. Стоило прикрыть глаза, и он снова видел пухловатую женщину в старомодном платье и капоре. Мягкие ручки.
Атласные ленты на чепчике.
Улыбка.
Видел и стол с самоваром, над которым поднимался дымок. Белая скатерть. Фарфоровые тарелки с росписью. Вазочки с вареньем. И свежий хлеб.
Всё настолько человеческое, что даже он обманулся.
Он ведь не ждал кукольника.
— Присядь, мил человек, — голос у твари тоже был мягким, медовым. — Давненько у нас гостей не случалось.
Она наливала чай в блюдце и пила, прикусывая сахарок.
И блаженно жмурилась.
Тогда махонькие её глазки почти скрывались за румяными щеками.
— А как же купец?
Гремислав присел. Всё-то здесь дышало покоем. Усадьба, расположившаяся чуть в стороне от деревни, была старой, но ухоженной. Пусть деревянная, но дерево закляли и стало оно твёрже камня. А за остальным следили. Стирались шторы, чистились ковры, наверняка куда чаще, чем в обычном-то доме.
И пучки ароматных трав развешивали густо.
Вот запах ромашки, смешанный с вонью болиголова, и забивал тот характерный аромат, который свойственен любому логову.
— Купец… — губы растягивались в улыбке. — Купец… это разве гость… это уже родич. Сговорились мы с Афанасием Фёдоровичем. У него товар, у нас купец…
Гремислав дёрнул головой, сбрасывая морок воспоминаний.
И поднялся. Тело, помня о боли, двигалось нехотя. Да и казалось, стоит дёрнутся и откроются старые раны, кровь потечёт.
— Готов? — Елизар глядел мрачно, недобро.
Гремислав пожал плечами. Честно говоря, он с куда большей охотой остался бы в доме при гильдии, но… раз уж просят, почему бы и не сходить. Какая разница, где сходить с ума.
Да и матушке можно будет соврать, что лечится он.
Восстанавливается.
— Давай, — старый приятель попытался подхватить сумку, но Гремислав мотнул головой.
Не хватало.
Не настолько он ещё немощен. И вообще… это просто боль. И кукольник, мозги перекроивший. Она ведь, подыхая, смеялась в лицо. Мол, я сдохну, но и тебе не жить.
Не жить.
Не хочется совершенно.
— В общем так. Мир техногенный. Тихий… вон, целители под боком будут. Правда, практиканты, но там с ними старик Погожин теперь.
Гремислав вздрогнул и испытал острое желание остаться дома.
— Что он там делает? — удивление было вялым, но было.
— Следит за прохождением практики.
— Лично?
Елизар широко улыбнулся.
— А то… нагрешили они много.
Видать и вправду много, если Погожин оставил свой пост в Гильдии, чтобы лично практику курировать.
— В общем, помереть ты там не должен, — заключил Елизар. — А что до остального, то не вздумай Катерину обижать. Мы договорились, она с тобой поработает…