Хедрин не спешил.
Он собрал свои бумаги очень аккуратно, как человек, который контролирует не только слова, но и порядок листов на столе. И лишь когда почти все уже вышли, позволил себе подойти ко мне.
— Ваше величество, — произнес он с обычной сухой вежливостью, — рад видеть, что здоровье позволяет вам вновь участвовать в делах севера.
Я медленно подняла на него взгляд.
— А меня радует, лорд Хедрин, что вы все еще умеете удивляться очевидному.
Его лицо не дрогнуло.
— Мой долг — заботиться о стабильности.
— Ваш долг, как я начинаю понимать, включает в себя очень широкое толкование чужой судьбы.
Вот теперь он замолчал на долю секунды.
Попала.
— Не понимаю, о чем вы, — сказал он.
— Конечно.
Я встала.
Специально медленно, чтобы он увидел: мне не нужно опираться о стол, не нужно искать равновесие, не нужно прятать слабость под красивой осанкой. Я и так стою.
— Но, — добавила я, — уверена, скоро вы начнете понимать гораздо больше, чем хотелось бы.
Хедрин поклонился.
И ушел.
За столом остались только я и дракон.
Некоторое время мы молчали. Ветер за окнами носил по стеклу снежную пыль, и свет в зале стал уже не дневным, а предвечерним — голубовато-серым, резким.
Он обошел стол с другой стороны.
— Ты специально выбрала казначейские расходы? — спросил он.
— Нет. Это они выбрали меня, когда решили, что я не умею читать цифры.
— Хедрин нервничал.
— Хорошо.
— Это может подтолкнуть его к действиям.
Я посмотрела на него.
— Он и так действует.
Разница лишь в том, что раньше я была мебелью, а теперь — помехой.
Он остановился напротив.
— После совета тебе лучше не оставаться одной.
Я едва заметно усмехнулась.
— Опять?
— Не начинай.
— А ты не повторяйся.
Он сжал челюсть, но спорить не стал.
Потому что я была права.
Потому что мы оба уже понимали: после сегодняшнего выхода тот, кто сидит в тени всей этой истории, вряд ли ограничится настойками и шепотом.
Слишком многое сдвинулось.
Я только собиралась ответить, когда двери малого зала распахнулись без стука.
На пороге возник один из младших стражников северного крыла.
Лицо белое.
Дыхание сбито.
И слишком явный страх в глазах для обычного доклада.
— Ваше величество… — Он поклонился мне, потом королю. — Простите за вторжение. В восточном коридоре… там…
— Говори, — резко сказал дракон.
— В ваших покоях, ваше величество, — выдохнул стражник, глядя на меня. — Нашли служанку. Она жива, но без сознания. И у двери была сломана печать лекарского надзора.
У меня внутри все похолодело сразу.
Без перехода.
Илина.
Мысль пришла первой.
Почти ударом.
Я шагнула к двери прежде, чем он договорил.