– Сколько раз отвлекался от бумаг?
– Ни. Одного, — потянувшись, выхватываю драгоценное, засовывая обратно в папку, а ее — в ящик стола и поворачиваю ключ.
– Ну конечно, генерал.
И что? И что ты хочешь сказать мне, друг? Да, я смотрел на нее. Хотя бы на портрет. Но не позволял себе ничего, что мог бы мужчина, имея желания и ладонь. Ну или почти ничего, но точно не собираюсь обсуждать.
– Ты фактически ее шантажируешь. Уверен, что идея хорошая? — спрашивает с сомнением Рэкан, сложив пальцы в замок на животе и вытянув ноги.
– Она отказалась, когда я попросил вежливо. Брачные игры, цветы и подарки можем продолжить здесь.
– Как будто в этом проблема, Кайрус… Это же не крепость. А женщина.
– Все женщины — это крепости, мой друг. Без исключения. Просто я нашел самую красивую и добьюсь ее куда быстрее на своей территории.
Когда она прибудет сюда. Чего ждать оказалось не так уж долго. Занявшись делами и отпустив Рэкана, примерно через три часа получаю весть от слуги, что “прибыла леди Розье”. И не могу не улыбнуться.
Разумеется, она сделала правильный выбор. Потому что иначе бы лишилась кондитерской. Рэкан сказал, что я потерплю сокрушительное поражение. Что ж. Посмотрим.
Оставив бумаги и накинув мундир, выхожу из кабинета и спускаюсь в холл, ибо “дальше него леди Розье отказалась идти”.
Айлин стояла внизу, почти у самых дверей, сделав едва ли шагов десять в глубину поместья. Скрестив руки на груди, без вещей, хотя я предполагал, что соберет если не все сразу, то хотя бы часть.
В теплой накидке с нежным мехом, была еще прекраснее, чем тогда. Теперь хоть рассмотреть можно. И упрямо поджатые губы, и вздернутый носик, и мягкие пряди, лежащие поверх накидки. Правда, растрепанные.
Во взгляде — буря. Великолепная.
– Добро пожаловать в новый дом, Айлин, — произнес, стараясь, чтобы голос звучал максимально вежливо.
– Дом?! — она сделала несколько шагов вперед, оказываясь со мной едва ли не нос к носу. — Господин генерал, я здесь лишь потому, что вы — мелкий интриган, который испугался отказа женщины!
– Я генерал императорской армии, — напоминаю, скрестив руки на груди. — И действовал в рамках закона.
– Закон, который вам такое позволяет — плохой закон. И вы поступаете подло. Возьмите свои слова назад, немедленно.
– Нет, — наклоняюсь, и мы сталкиваемся лбами. — Ты — моя Истинная. У нас будет свадьба. Либо ты на это соглашается, либо лишаешься кондитерской. Я не собираюсь бегать и уговаривать, у меня полно других дел.
Она в ярости. Я с трудом сдерживаюсь от того, чтобы не поцеловать.