Брови Сайласа взлетают вверх. Похоже, он пытается не улыбаться, что заставляет меня думать, что это какое-то проклятие фейри, которое застало его врасплох.
— Ты действительно научила Мэйвен искусству языка фейри, — размышляет он. Затем он встает, чтобы открыть ей дверь. — Мы позаботимся о scútráche. Спасибо, Лилиан.
Она разглаживает свою окровавленную верхнюю куртку, в последний раз переводя взгляд между нами. — Хорошо. Но, пожалуйста, возвращайтесь целыми и невредимымы, потому что, если вы этого не сделаете, она никогда не простит никого из нас.
— С нами все будет в порядке, — заверяю я ее, улыбаясь. — Еще раз спасибо за подавляющие препараты. И еще раз извини, что укусил тебя. Когда мы вернемся, я приготовлю ужин для всех нас, чтобы загладить свою вину перед тобой.
— Если, конечно, все люди, которые пытаются попасть в Эвербаунд, чтобы встретиться с самой полубогиней, не разрушат это место к тому времени, — ворчит Ашер Дуглас из-за стола.
Лилиан прощается с нами еще раз и уходит. Сайлас снова отключается, несмотря на то, что крепко сжимает амулет крови у себя на шее, зрачки расширены, когда он бормочет что-то на языке фейри себе под нос. Мне не нравится, что он в такой плохой форме, когда этот меркантильный засранец видит это, и я решаю испытать гнев Сайласа позже, перекидываю его через плечо и выхожу из комнаты в общежитии.
Эвербаундский замок совершенно пуст. Ни Реформистов, ни наемников, никого. Это начинает меня нервировать, пока из гребаного ниоткуда не появляется Крипт, пугая меня. Он прислонился к стене коридора и неторопливо курит, в то время как его метки продолжают загораться.
— Прошлой ночью Фрост отправил всех своих Реформистов оставаться в Халфтоне. Никому, кроме квинтета Бэрд, не разрешается входить, пока нас нет.
— Хорошо, — ворчу я, слегка перенося вес Сайласа на своем плече, когда он начинает что-то бормотать на языке фейри. — Где Мэйвен?
— Она все еще крепко спит в постели Фроста после всех испытаний, которые мы ей устроили прошлой ночью, — ухмыляется Принц Кошмаров, прежде чем оттолкнуться от стены и направиться к одному из ближайших выходов из Эвербаунда во внутренний двор. — Фрост здесь, ждет, когда сюда доберется заклинатель Нэтэра.
Заклинатель Нэтэра? Мне требуется секунда, чтобы понять, пока я следую за ним. — Тот, кто помог людям Нэтэра сбежать? Фрэнсис, или Финн, или… как его звали?
— Откуда, черт возьми, мне знать?
Я закатываю глаза, наконец-то опуская Сайласа, когда он начинает сопротивляться. — О, я не знаю… может быть, я бы услышал его имя снова в какой-то момент, если бы последние шесть месяцев не был заперт внутри двадцатипятитонного чешуйчатого зверя.