— Помоги мне открыть их.
— Если они заперты, возможно, у меня достаточно сил, чтобы помочь, — предлагаю я, тихо надеясь быть полезным моей прекрасной хранительнице.
Ее темные глаза встречаются с моими, и она качает головой. — Мне понадобится твоя магия внутри, чтобы избавиться от проклятия. Эта дверь другая. Дуглас понимает, что я имею в виду.
Бывший охотник за головами фыркает, подходя к ней. — Да, да. Держи рот на замке.
Я начинаю раздражаться из-за того, что он так с ней разговаривает. Эверетт тоже хмурится, но отходит в сторону, поскольку они сосредотачиваются на том, какая магия запечатывает этот храм.
Пока мы ждем, пока они разберутся, как вскрыть храм, я смотрю на Эверетта, а затем отвожу взгляд. — Tha’me a bhith air mo frirthadh.
— Я понятия не имею, что ты пытаешься сказать, — напоминает он мне.
Верно. Я вытаскиваю правильные слова из своего сумбурного сознания. — Ты мог бы заморозить меня.
— Я все еще могу.
— Я имел в виду, что это сделало бы последние mohsan sia — шесть месяцев, — поправляю я, — легче для тебя.
Эверетт отряхивает снег с плеча, поправляет пальто и снова натягивает поводок дикого Бэйлфайра, чтобы тот снова не попытался убежать.
— Я обдумывал это. Дело в том, что я не знаю, что длительная заморозка делает с чьим-то разумом.
Я почти смеюсь над абсурдностью того, что он пытается сохранить такой бессмысленный мозг, каким стал мой. Тем не менее, теперь, когда Мэйвен чудесным образом вернулась к нам, я по-новому осознал, на что пошел Эверетт, чтобы сохранить мне жизнь, — кормил и обеспечивал комфорт, — несмотря на мое добровольное заключение.
Это требует усилий, особенно потому, что голоса в моей голове ведут обратный отсчет на языке фейри с разными интервалами, чтобы сбить меня с толку ради забавы, но я, наконец, понимаю это.
— Я твой должник.
— Ага, точно, — усмехается он. — Мне не нужно одолжение от фейри. Ваш вид слишком искусен в подобном дерьме. Просто заткнись и помоги разрушить любые чары, наложенные на Крипта.
Проходит еще мгновение, прежде чем Мэйвен и Дуглас заканчивают, и огромные двойные двери распахиваются. Судя по концентрации, которую они оба, казалось, демонстрировали, я ожидал почувствовать покалывание или осознание их сохраняющейся магии, когда мы все войдем в пыльный, заброшенный храм, но я абсолютно ничего не почувствовал.
Странно.
— Конечно, это странно. Это ловушка. Сюда забирают некромантов на убой.
— Они все в заговоре против тебя.
— Посмотри! Позади себя!
Я снова поворачиваюсь, пытаясь увидеть хоть какую-нибудь угрозу, но ее нет. Есть только безмозглое, дикое существо, оккупирующее Бэйлфайра, которое щелкает на меня зубами, когда ловит мой взгляд, прежде чем чихнуть синим огнем.