Так и не придя ни к какому выводу, я поблагодарил Святослава Святославовича и пообещал еще подумать над вопросом. В конце концов, можно посоветоваться с князем Демидовым. Может быть, я слишком сгущаю краски, и электромотор с получасовым зарядом — вполне достаточен на текущий момент.
Поднявшись из-за стола, я еще раз взглянул на себя в зеркало и, сунув телефон в карман, направился к выходу из особняка. До начала приема у Соколовых оставался еще час. Этого времени с избытком хватит, чтобы и добраться вовремя, и никуда не спешить.
Виталя поклонился мне, прежде чем открыть дверь уже ожидающего меня «Монстра». Кивнув ему, я забрался на заднее сидение и, откинувшись на спинку, уставился в окно.
Внедорожник въехал на территорию особняка Соколовых, и я окончательно выбросил роботов из головы. Предстояло вновь побыть членом высшего общества, и я натянул дежурную улыбку раньше, чем покинул автомобиль.
Встречающий членов клуба Иван Михайлович поприветствовал меня, как дорогого друга. Как будто я и не отказал ему в помощи по поиску и спасению сестры.
— Дмитрий Алексеевич! — бодрым голосом заговорил Соколов. — Как я рад, что вы, наконец, добрались до столицы! Мы столько собраний провели без вас, совсем соскучились.
Мне оставалось лишь пожать протянутую им ладонь и принять правила игры.
— Здравствуйте, Иван Михайлович. Я тоже рад здесь быть, надеюсь, придусь ко двору. Тем более я слышал, у вас сегодня открытая вечеринка.
Великий княжич улыбнулся чуть шире.
— Так и есть, Дмитрий Алексеевич, — кивнул он. — Прошу, проходите. Скоро начнется.
Я миновал парадный вход, сдав верхнюю одежду слуге Соколовых, и тут же был пойман под руку Батыем Габдешшакуровичем. Башкирский княжич сразу же повел меня в толпу остальных членов нашего маленького клуба, на ходу рассказывая, как рад моему появлению.
— Я от нашей дружной компании остался в Москве совершенно один, — пожаловался он мне мимоходом. — Остальные разъехались по своим княжествам и в ус не дуют, а мне отец приказал ждать, когда вы появитесь, чтобы поддерживать во всем.
— Спасибо, — кивнул я. — Я рад, что оказался тут не один.
Мы кружили по залу, здороваясь с другими членами клуба, перебрасываясь ничего не значащими заверениями в искренней радости друг друга лицезреть. А в перерывах башкирский княжич давал мне краткую справку о случившемся на прошлых собраниях.
— Не знаю, слышали ли вы, Дмитрий Алексеевич, — с улыбкой сообщил он шепотом, подчеркивая перед окружающими тем самым нашу близкую дружбу, — но на первом открытом вечере мы собрали почти миллиард. И ведь хватило всего лишь ходить и сверкать улыбками, разглядывая престарелых матрон!