Рыжие волосы с проседью на висках, козлиная бородка, узкие плечи. У нас было меньше общего, чем можно было предположить. Хотя, строго говоря, родственниками являлись довольно отдаленными, но генофонд Моровых совсем не отражался в главе рода Мешковых.
— Иван Владимирович, — произнес он, сойдя с крыльца и приближаясь ко мне. — Чем обязан вашему столь экстравагантному визиту?
Голос его дрожал, и это явно не доставляло дворянину удовольствия. Все-таки я выгляжу пусть и необычно, но уж точно не так солидно, как хотелось бы. Так что в глазах главы рода Мешковых я был сопляком. Наглым, сильным, однако слишком молодым, чтобы вести себя так, как я себе позволяю.
Вместо ответа я достал телефон и, сняв с него блокировку, включил видеозапись с камер наблюдения. Достать ее было несложно — Демин, занимающийся подобными делами, легко взломал базу данных торгового центра и, зная дату и время, нарезал для меня нужный кусочек.
— Артем Витальевич, это ваш человек на записи? — спросил я, когда ролик закончился.
В глазах Мешкова на мгновение появилось удивление, но он все же взял себя в руки и кивнул.
— Да, это один из моих доверенных людей, Иван Владимирович, — произнес Артем Витальевич.— Прохор Георгиевич Завитин. И он на этом видео выполняет мое личное указание, Иван Владимирович.
Я кивнул, убирая телефон обратно в карман.
— И что же вас заставило угрожать подданной Российской Империи сразу же после того, как с ней общался я, Артем Витальевич? — спросил я, не сводя взгляда с собеседника.
Мешков чуть дернул щекой.
— Вы, к сожалению, не сами по себе, Иван Владимирович, — глядя на меня с отвращением, произнес он. — Я бы с радостью не обращал внимания на выходки юнца. Но вам ведь уже сделали столько предложений о заключении брака, а вы демонстративно посещаете простолюдинок. Нарушаете традиции, плевать хотели на общественное мнение. Вы не дворянин, вы отщепенец!
Я усмехнулся.
— А вы, значит, меня получить вздумали? — уточнил я, и мои зрачки сжались, превращаясь в демонические. — Старшими себя почувствовали? Думаете, мальчик сам не разберется, как ему своим родом распоряжаться?
Мой голос перешел на шипение, а от расколотого асфальта вверх потянулся фиолетовый дымок.
— А скажите, Артем Витальевич, где вы были, когда я род возглавил? — продолжил говорить я. — Может быть, хотя бы письмо отправили, чтобы соболезнования высказать, когда я прах деда в семейном склепе похоронил?
Он сглотнул, но с места не сдвинулся. Безрассудно, конечно, однако что он, убежал бы от меня? Очевидно, Артем Витальевич стоял сейчас за свой род, стараясь сдержать данное кому-то слово. Видимо, достаточно влиятельному, раз обещание стоило того, чтобы положить голову на его исполнение.