И, разбежавшись, я рыбкой, вытягивая руки вперед, прыгнул в уже практически побелевший ралом!
Много кто прыгал в разломы до меня. Если верить преподавателям, Виварию, байкам в интернете — много кто это делал.
Но никто из всех этих «многих» ни разу не вернулся обратно, чтобы рассказать, что там меня ждет. И даже что я почувствую, когда шагну внутрь.
Поэтому я ждал всего, что угодно. Обжигающего холода или наоборот — жара, нестерпимой боли, или наоборот — неземного блаженства… Короче, ждал всего, что только мог придумать мой мозг в его нынешнем состоянии.
Кроме этого.
Ощущение, которое подарил мне разлом, не было похоже вообще ни на что из того, что я когда-либо испытывал в жизни. Я даже не подозревал, что человеческое тело и мозг вообще способны воспринимать такие ощущения без вреда для психики. И даже если бы кто-то все же вернулся из разлома хотя бы один раз, и рассказал мне, что он там испытывал — вряд ли я бы ему поверил.
А вот если бы мне пришлось кому-то рассказывать о том, что со мной происходило, самым близким аналогом было бы «Меня разобрало на кусочки». Не разорвало, не разметало, не разнесло, никто от меня никто куски не откусывал и вообще ни о каких травмах и боли не шло даже речи. Просто в один прекрасный момент все молекулы моего тела как будто резко увеличили расстояния между собой, да до таких величин, что я стал, по ощущениям, размером с «Болтон Бейтс», тот, что дирижабль, а не давно мертвый маг, а то и еще больше! Я все еще ощущал свои конечности, я мог дышать и даже смотреть, правда ничего, кроме слепящего голубого света я не видел. А единственное ощущение, которое сопровождало его — это ощущение, что сквозь меня, как сквозь призрак, стремительно проходит набегающий воздух.
Всякие там духовные и религиозные практики, единение с высшими силами, познание дзен — куда там! Они все даже близко не стояли с той одухотворенностью и легкостью, что прямо сейчас испытывал я, без каких-либо молитв, чакр и пран! Всего-то нужен простой советский…
И тут все внезапно закончилось. Межмолекулярные силы гравитационного взаимодействия в моем организме перестали баловаться, вспомнили, что они вообще-то — благопристойные и аристократичные силы, определяющие саму суть физики мироздания, и вернулись в свое нормальное состояние.
А я — в свое. В нормальное физическое состояние.
Сияние вокруг меня наконец угасло и я снова обрел способность видеть, а еще заодно — стоять и дышать. Последнее особенно приятно, потому что, если бы сейчас оказалось, что воздух тут состоит из, например, радона, то это было бы очень неприятным открытием. Я бы даже сказал, смертельно неприятным.